Я богомольцем в этот храм
взошел смиренно, но
Ты как студеный камень там,
и тьмы Твоей полно.
Семь свеч поставил к образам,
и в каждом явлен Ты глазам,
родимое пятно.
Там между нищих я стоял,...
Солнце тронуло собор крылом.
Растет иконостас из плоти,
и на святых висят милоти,
а царские врата в полете
раскрылись золотым орлом.
Из позолоченных хором
восходят в самый купол хором
каменья...
Ты был рассеян и разлит
пиитами. Но, Боже, буди!
Я соберу Тебя в сосуде,
и он Тебя возвеселит.
Мне ветры спутниками стали.
Ты Сам их на меня нагнал,
и вот что там я увидал:
слепцу Тебя, как ч...
Ныряли древле богословы
в глухую ночь Твоих имен,
и девы покидали сон,
и кротких отроков покровы
Ты серебрил, булатный звон.
В Тебе, как в храмине певучей,
брели, на песнь обречены,
владыки в...
И Бог велит писать мне кровью:
Царям свирепость суждена.
Она есть ангел пред любовью.
Вхожу лишь по сему условью,
как по мосту, во времена.
И Бог велит писать иконы:
Мне время горше в...
Как схимой с постригом, бывало, встарь
царей венчали лишь перед кончиной,
так жизнь моя оделась благочинно.
Уста лишились власти, и повинны
мне царства, собранные воедино,
и котомой они гнетут мн...
Ты лишь деянию открыт,
руками освящен.
А каждый помысел гостит
в миру, и скорбен он.
Додуман помысел любой,
как вымысел, неся с собой
предчувствие конца.
Но как любовь и как разбой
Ты пал на...
Самозабвенный полет мой стих,
и снова мне дом открыт.
Я был псалом, а Бог — как стих
в ушах еще звучит.
Я снова стану тих и прост,
а голос — нем и гол.
И стал как молчаливый пост
молитвенный ...
Иль сроду вы к себе не ждали
врага с надеждой, города?
О, если бы вас осаждали
десятилетьями года!
Чтоб вы и в голоде и в горе
претерпевали вражий гнет!
А враг — как роща на угоре
и терпеливо ж...
Вот мой поденный труд. Над ним
тень от меня, как на притине
Молитвой, кистью ли долим,
подобен листьям я и глине
и сам — как праздник и в долине
ликующий Ерусалим.
Я, Боже, — гордый город Твой...
Тебя, Неведомого, брало
робеющее время в круг.
Твое чело мне возблистало,
зане в единый час достало
натуги дерзновенных рук.
Черт ласковым касаясь глазом,
я на препоны ринул разум,
и, сам не зн...
Пловцам и звонницам назло Ты
бездонной высотой возрос.
Ты кротко нам поведал, кто Ты.
Но Ты растаял от немоты,
когда поставил трус вопрос.
Как сына, мог бы укачать я
Тебя, противоречий бор,
н...
Придешь, и двери неторопко
откроются твоим стопам.
Ты тише тех, кто ходит робко
по притаившимся домам.
И можно так с Тобой сродниться,
что и не видно книги той,
где украшается страница
Твоею ...
Свет — первое из слов Твоих.
И время бысть. Молчал Ты веки.
Второе было: человеки
(мы в нем еще темны, как реки),
и лик Твой вновь от дум затих.
И не хочу я слов иных.
Молюсь в ночи. Стань Т...
Нам имя — свечкой восковой
о благостном огне.
И тут поник я головой,
суду представ еще живой,
и вижу темный облик Твой:
повис Ты гирей пудовой
на мире и на мне.
Из времени меня Ты спас,
мой ...
