И Бог велит писать мне кровью:

Царям свирепость суждена.
Она есть ангел пред любовью.
Вхожу лишь по сему условью,
как по мосту, во времена.

И Бог велит писать иконы:

Мне время горше всех скорбен,
и кинул я к нему на лоно
жену на страже, язвы, стоны,
в разгульном страхе вавилоны,
и смерти грозные законы,
и полоумье, и царей.

И Бог велит мне — Будь Мне зодчий!

Я царь времен. Тебе же Я
лишь Сомыслитель твой, охочий
до иноческого житья.
На плечи лег тебе, как очи,

глядящие от ночи к ночи,
от Бытия до Бытия.