Автор: Марина Мурзина [12.12.2000]

Безруков вырос

+— СЕРГЕЙ, в последний год ты очень изменился, особенно после женитьбы.

— Ответственность, больше гораздо ответственности стало. Да и вообще я уже не тот «солнечный мальчик», подрос паренек-то, вырос! Но, только создав собственную семью, взяв на себя эту колоссальную ответственность за женщину, которую любишь, за ребенка, становишься настоящим мужиком.

+— Что тебя не устраивает сейчас в театральной жизни?

— Уж очень много у нас стало всего «нетрадиционного» — постановок классики, вообще спектаклей, ценных единственно этой своей «нетрадиционностью». И ставят их часто люди — как бы выразиться? — нетрадиционные, и расхваливают тоже такие же. Куда же традиционному-то податься? Любая нетрадиционность не должна преподноситься как единственно верное, как норма. А главное — всегда быть живым на сцене, в любви, в страстях, в любых обстоятельствах. Живым. Вот обо мне говорят, что я много плачу в своих ролях. Но что же делать, если у меня все больше роли такие? И я же не клоун, который нажал кнопочку — и слезы брызнули. Если я плачу, значит, я переживаю, проживаю все, что проживает мой герой. И что же делать, если почти каждый мой герой страдает и почти в каждой роли я в конце умираю? Как могу в каждой такой роли не разрывать себя до крови?

+— В чем же тогда актерское ремесло?

— А в том, чтобы взять себя в руки. Если ты устал, если у тебя дурное настроение, если ты болен, если зал кажется тебе враждебным — надо уметь взять себя в руки. И ловить кайф на сцене просто от игры.

+— А когда тебя ругают, удается взять себя в руки? Кстати, что чаще всего тебе вменяют в вину?

— Меня называют актером комедийным. Такой воздушный, легкий, поверхностный, острохарактерный. Еще не советовали, мягко говоря, мне сниматься в кино, потому что я, дескать, актер только театральный. Ну, хорошо, подумал я. И доказал обратное после «Бригады». Теперь зауважали.

+— Ну как же? Стыдят тебя, что ты играешь такого злодея!

— Какой он злодей? Пацанчик! Так ведь его называют власть имущие в фильме? А насчет стыда… Интересно, а Брандо тоже стыдили или Аль Пачино? Я актер, играю разные роли. Раз-ны-е! При чем тут стыд? Вот за Бриллинга в «Азазеле» что-то не стыдят… А с Белым — вдруг зацепило.

+— И с Пушкиным, которого ты сыграл одновременно с Белым, — тоже, знаю, зацепило.

— Да уж… В чем только не обвиняли. Сейчас билетов на спектакль «Пушкин» не достать. После «Бригады», когда меня узнали по-настоящему, на спектакль пошла молодежь. Они идут «на Безрукова», но спектакль-то наш, как ни банально это прозвучит, имеет цель просветительскую, воспитательную. Вот все чуть ли не с пеленок знают: Пушкин. Но как знают? Мы показываем его опять-таки живым человеком, который страдал, которого унижали, изводили, травили. И хулиган он был, и к девкам хаживал, и с няней выпивал, все это было. Почитайте воспоминания, письма его! Но мы с отцом (автором и постановщиком пьесы. — М. М.) постарались преподнести все эти факты с любовью и почтением, чтобы не выглядело как пасквиль или пошлость. Мы хотим, чтобы зрители успели за время спектакля Пушкина полюбить и ушли с ощущением, что у них украли любимого человека, уже такого близкого и знакомого.

+— Кто из гениев в твоих актерских планах следующий?

— Сергей Александрович Есенин. На этот раз — в телесериале по сценарию моего отца в постановке Олега Фесенко.

Tags: #живым #взять #спектакль #вырос #сергей #очень #ответственность #стало #вообще #единственно #такие #сцене #плачу #делать #который

Дополнительные фотографии