Я верю всему, что еще безглагольно.
Дам волю я чувствам святым, и за то
такое во мне настанет невольно,
чего и волить не смел никто.
Боже, прости, если я надерзил,
но вот что поведать хотел Теб...
Праматерь Тьма, ты родила меня!
Люблю тебя больше пламени,
межой оцепившего свет,
откуда нет
исхода, ибо он - западня
всей твари сущей, сей круг огня.
Но Тьма всех держит в себе искони:
виден...
Поблекший Авель-отрок рек:
Меня нет. Что-то сделал брат со мной,
а что - не ведаю, ибо тьмой
мне он свет заслонил.
Лица на мне нет: затемнил
своим лицом.
Нет меня с ним,
и быть ему с собою од...
Издавна я тянусь к Твоим словам
и вот читаю повесть Дела,
когда, кладя созданию пределы,
его Ты окружил теплом ладоней.
И было сказано в Твоем законе:
жить нужно вслух, а умирать молчком.
Быть! ...
Когда бы сразу тишиной пахнуло,
все смутное, случайное уснуло,
когда б не слышалось за стенкой смеха
и чувств моих раскатистое эхо
ночному бденью не было помеха -
тогда бы думами, за вехой веха...
Не сетуй, Боже, тихий мой Сосед,
когда стучусь порой во тьме беззвездной:
ведь редко слышно мне, как Ты в трапезной
вздыхаешь, одинок и сед.
Нет никого, и пить не подадут -
зря шаришь Ты средь су...
По чувствам, смутно, в суть существованья -
сойти к себе люблю во глубину я.
Как в старых письмах, жизнь мою земную
в них перечитываю без страданья,
как дальнее отжитое преданье.
Но вижу: есть ...
Писать Тебя нам надо по канону,
о Зареносица над темнотой!
В старинных красках мы творим икону,
кладя мазки по древнему закону,
в которых молча скрыл Тебя святой.
Мы ставим образа Тебе стенами,...
Мои собратья южные - в сутанах,
и Богородиц в славной сени лавр
изображают, словно жен желанных;
и грежу я о юных Тицианах,
в ком Бог пылает, будто лавр.
Но, погрузясь в себя до тьмы исподней,
...
Кругами над стаей вещей нарастая,
я живу уже тысячи лет.
Последний замкнуть попытаюсь спроста я,
не зная, замкну или нет.
И Бога, и древний собор я беру
в круги стовековым крылом;
и кто же я...
Ударил час и меня задел,
прозрачной бронзой звеня.
Дрожу и вижу: теперь мой удел -
постигать изваяние дня.
Ничто не росло, пока зренье, как плод,
не созрело во мне наконец.
Но взор завершилс...
Суть всех сутей и зерно всех зерен,
косточки наисладчайший плен —
звездный мир, до края необзорен, —
плоть твоя: да будь благословен.
Ты — свободен, твой покров, смотри, —
в бесконечности, ...
Разве звезды не зажег ты, рея,
и не обнял все, что видишь, — но
сердоликового скарабея
не оправишь в вечность все равно
без пространства, что надкрылья сжало,
пропитав весомостью своей,
же...
Картина мира в зримости своей
извечно обновляется, живет.
Пока в одну из множества вещей
он не проникнет и не обретет,
преобразясь, другое бытие,
не вытолкнут, но и не приглашен,
дарящий ей в...
Люди смотрят, как играет он,
и встает порой за тихой шторой
детский лик, нечетко обведен,
чистый и как полный час, который
начинается, затем пробьет.
Но они удары не считали,
от трудов и ж...
