Люди смотрят, как играет он,
и встает порой за тихой шторой
детский лик, нечетко обведен,
чистый и как полный час, который

начинается, затем пробьет.
Но они удары не считали,
от трудов и жизни приустали,
не заметно им, как он несет, —

как несет он рядом, без старанья,
утомясь, впадая в забытье,
в комнате, как в зале ожиданья,
время неизвестное свое.