Ударил час и меня задел,
прозрачной бронзой звеня.
Дрожу и вижу: теперь мой удел -
постигать изваяние дня.
Ничто не росло, пока зренье, как плод,
не созрело во мне наконец.
Но взор завершился, и с каждым идет
желанная вещь под венец.
Ничто мне не в малость. К величью возвесть
его моей кисти дано,
на золоте вывесть, - и чью-то, Бог весть,
душу исторгнет оно.


