Когда бы сразу тишиной пахнуло,
все смутное, случайное уснуло,
когда б не слышалось за стенкой смеха
и чувств моих раскатистое эхо
ночному бденью не было помеха -

тогда бы думами, за вехой веха,
я шел к Тебе, как до конца пустыни,
дабы Тобой - на вздох - возобладать
и каждой жизни, словно благостыню,
Тебя раздать.