Автор: Виктор Мясников [24.05.2012]

Для сцены я профнепригоден!

«Логопеды думали, что я пародист»

+Евгений Гришковец в детстве никогда о театре не мечтал, потому что всегда был реалистом. Какой из него актер, с его-то дикцией? – Я сменил четыре школы, потому что одноклассники смеялись надо мной, – рассказывает Евгений. – «Черви-трефы» – вот как называлась моя картавость на языке логопедов. Это когда «трефы» выговариваешь нормально, а «черви» вообще никак не выговариваешь. И все сначала думали, что это я специально делаю – пародирую кого-то… В девятом классе Женя Гришковец увидел спектакль пантомимы и влюбился в это искусство. Записался в театральный кружок, стал грезить о том, что когда-то сам поставит красивый спектакль – как режиссер. И действительно, окончив филологический факультет Кемеровского университета, в 1991 г. он создал театр, в котором за семь лет родилось десять спектаклей! – При этом я всегда считал и сейчас считаю себя человеком профнепригодным для сцены – я же до сих пор картавлю, – говорит он. – У меня есть любимые слова – «крейсер Аврора», «Варвара» «прокурор», «транквилизатор». С таким логопедическим дефектом выступать нельзя! Но тем не менее в 2000 г. был продан и куплен первый билет на артиста Гришковца… Всего их было продано шесть… На этом грустная история начинающей звезды закончилась. Но именно это и было началом моей профессиональной деятельности.

«Люди почти разучились писать»

В школе Гришковец уже не застал перьевых ручек, но папа ему рассказывал про то, как девочкам-отличницам подбрасывали в чернильницу промокашку, чтобы она там размокла, – и в тетради у отличницы неожиданно образовывалась жирная несмываемая клякса. – Я недавно закончил работу над текстом нового спектакля, который будет называться «Прощание с бумагой», – рассказывает Евгений. – Пока это лишь листочки, не художественное произведение. Но эти кусочки – то, чем я жил два года… Сейчас все поголовно владеют компьютерами и почти разучились писать. Я понимаю, что мои дети будут просто людьми без почерка. В новом спектакле я хочу рассказать о том, с чем расстанется человечество, прощаясь с бумагой. Что-то погибнет безвозвратно, но это неизбежно. В чтении бумажных книг и написании писем будет еще какой-то шарм, аристократизм сродни слушанию виниловых пластинок. Но человечество станет другим, расставаясь с тысячелетней историей письменности. И мне от этого грустно: сам-то я пишу только по старинке – шариковой или гелевой ручкой. Клавиатурой на компьютере не владею – могу лишь одним пальцем набирать очень долго, что очень раздражает мою дочь: она просто этого видеть не может, ее трясти начинает…

«Не делаю ничего на злобу дня»

Лет десять назад Гришковец увлекся музыкой. И даже записал с группой «Бигуди» пару альбомов. Это его направление поняли и приняли не все поклонники. – Докладываю: я не занимаюсь музыкальным творчеством! – говорит он. – Я не знаю нот и не могу участвовать в написании музыки, я никогда в жизни не пою, даже когда очень пьяный и даже когда один. Я просто исполняю свои тексты под музыку с группой «Бигуди» – это такой особый способ существования литературы. Кстати, писать тексты или песни на злобу дня, как это сейчас стало модным, Гришковец не собирается. – Делать этого никогда не буду! Пусть этим занимается Дмитрий Быков. Я считаю, что зарабатывать на том, что происходит в стране, стыдно. Хочешь высказаться – иди на митинг, но не жди за это гонорар. Хочешь действовать – иди в политическую партию, занимайся делом. Но зарабатывать на беде – дело постыдное. Для освещения того, что происходит в стране, есть радио, телевидение, газеты, Интернет. В моих же спектаклях не может быть ничего, что не может быть художественно осмыслено.

«Для мужчины важна семья»

У Евгения Гришковца, несмотря на его необычное творчество, семья самая обыкновенная: жена Елена и трое детей – Наташа, Александр и Маша. Драматург уверен: без семьи мужчине нельзя. – Для мужчины семья, может быть, даже важнее, чем для женщины. Она ему нужна для того, чтобы иметь совсем простые, ясные приоритеты. Если бы не было семьи и дома, то меня непонятно куда могло бы унести. То есть если нет причины вернуться домой, где ждут и любят, где от тебя зависят, тогда для чего работать, зарабатывать деньги? Думаю, мужчина определен и, грубо говоря, заточен на то, что он должен заботиться о семье. Заботиться о себе – скажем, делать маникюр, педикюр – мужчине не зазорно. Как и не зазорно, когда у него красивая и чистая машина, белоснежная рубашка. И тут мы узнаем, что этот мужчина одинок, что у него нет семьи и в лучшем случае он заботится о старенькой маме, которая живет в другом городе. После этого с таким мужчиной просто не о чем разговаривать!

«Не хочу быть пожилым отцом»

– Первый ребенок в жизни мужчины – это восторг и удивление. Как только у меня родилась старшая дочка, тут же, откуда ни возьмись, возникло чувство отцовства и гордость – у меня получилось, ура! Честно скажу, я не очень верю молодым отцам, которые говорят о своей любви к новорожденному. Это не совсем нормально для мужчины – сюсюкать и наслаждаться младенцем. Менять подгузники – это навык, который необходим, но это, скорее, помощь женщине. И только потом, лет с пяти, когда появляется первый признак диалога с ребенком, начинаются настоящие взаимоотношения отца с детьми. Второй ребенок – это целый спектр чувств. Когда мы ждали его, я понимал, что хочу снова девочку, потому что хочу просто повторения самого приятного момента в жизни. Родился сын. Жизнь настолько мудра, что тут же нашлось для него место: и в сердце, и в жизни – и все встало на свои места. А третий ребенок – это уже просто счастье. Когда родилась Маша, я сказал, что у меня было двое детей, а теперь у меня их много. И после третьего можно и четвертого, и пятого, это уже не важно. Но у нас с женой вряд ли будут еще дети – все-таки возраст. А я не очень-то хочу быть для своих детей пожилым отцом!

Tags: #просто #гришковец #очень #жизни #мужчины #евгений #никогда #первый #писать #зарабатывать #семья #детей #семьи #ребенок #сцены

Дополнительные фотографии