Автор: Андрей Пуминов [23.06.2006]

Уплотнительная застройка — в прошлом

Земля должна работать

+— Александр Иванович, вот стопка писем, которые пришли в редакцию только за последний месяц. Все они об «уплотнительной застройке»…

— Маленькая стопка. У меня на столе в три раза толще.

+— Тогда вопрос. То, что происходит с «уплотнительной застройкой», читатели мягко называют беспределом и безобразием.

— Мне не нравится термин «уплотнительная застройка». От него попахивает социализмом начала двадцатых годов, когда вселяли и уплотняли, порождая коммунальные квартиры.

+— Но так и получается. Люди хотят гулять в скверике рядом с домом, а не на стоянке машин, под окнами новой высотки…

— Наверное, в каждой жалобе есть зерно истины. Но давайте все же разберемся. Существует понятие «плотность застройки». Это отношение общей площади построенных зданий к площади земли, на которой они расположены. В районах, где стоят «хрущевки», коэффициент плотности — 0,4. То есть на 10 тысячах квадратных метров земли построено 4 тысячи квадратных метров жилья. В районах застройки 70-х годов коэффициент плотности — 0,7. В современных кварталах — 1,1. В историческом центре — 1,5. Для сравнения: в Гонконге есть кварталы с коэффициентом 40.

+— Мы хотим превратить Петербург в каменные джунгли?

— Нет. Но городским правительством была поставлена задача выйти на значение коэффициента плотности 1. Вторая задача: земля должна работать и приносить доход городу. И для уплотнения были объективные предпосылки. В пределах исторического центра это места, где когда-то стояли дома. Многие были разрушены во время войны. Их не стали восстанавливать, и там стихийно образовалась зеленая зона. Но с точки зрения градостроительной политики они предназначены под застройку. Проспекты должны быть прямыми, и выбитых зубьев с брандмауэрными стенами быть не должно.

Следующий аспект. Рождаемость падает, признаков улучшения демографической ситуации не наблюдается. Кроме того изменилась система социальной работы с населением. В новых районах было много пропущенных земельных пятен, предназначенных для школ, поликлиник, детских садов и т. п., которые никогда не будут востребованы. Если по градостроительным нормам здесь можно втиснуть высотку и при этом за счет инвестора отремонтировать 2–3 близлежащих дома или привести в порядок теплотрассу, то уплотнение оправдано. И сколько бы ни было скандалов и судебных разбирательств, ни один суд не принял решение отменить распоряжение администрации. Ни один дом не построен без заключения СЭС, расчета по инсоляции, экологии и других параметров. В результате, по сравнению с 1999 годом, объем строящегося жилья вырос на 75%. Это великолепный показатель для любого европейского города.

Мораторий на уплотнение

+— Тем не менее есть масса примеров, когда новые дома вырастали на месте детских площадок и скверов…

— Возможно, не обошлось без перекосов. Где-то мы могли и ошибиться. Поэтому с декабря 2003 года действует мораторий на новое строительство в зеленых зонах, хотя на самом деле это псевдозеленые зоны, пустыри. Действовать он будет год. За это время близлежайшие ЖСК или ТСЖ могут взять пустующую землю в собственность и благоустроить. Нет рядом ЖСК — пусть территорией займется местное самоуправление: приведет пустырь в порядок, построит детскую или спортивную площадку. Если этого не произойдет, значит, будем строить.

+— Мораторий принят. А жалобы продолжают поступать…

— За четыре месяца этого года не принято ни одного нового разрешения на «уплотнительную застройку». Но те распоряжения правительства, которые были приняты до введения моратория, должны быть выполнены.

+— Вы говорите, что застраивали пустыри, а экологи утверждают, что за последние годы количество зеленых насаждений в Петербурге сократилось на четверть…

— Известны цифры, сколько в городе вырубается деревьев и сколько сажается. И я хочу сказать, что в целом в Петербурге ситуация очень хорошая. Да, где-то уменьшилась площадь зеленых насаждений, но где-то и увеличилась. Возьмите в качестве примера хоть новый парк 300-летия Санкт-Петербурга. Кроме того мы сейчас проводим инвентаризацию городских парков, скверов и зеленых зон. Это легкие города.

Качество в пределах нормы

+— В Петербурге много строят, а как обстоит дело с качеством строительных работ?

— Когда идет погоня за количеством, то всегда страдает качество. Есть проблемы и в строительстве. Но недавние массовые проверки показали, что строительные нормы соблюдены везде. Ведь действующие еще с советских времен нормативы были сделаны с огромным запасом.

+— Однако, по результатам проверок, многие стройки были приостановлены. Почему?

— Проблема в том, что многие застройщики начинают строить без разрешения. То есть документы на строительство еще на согласовании, а они уже ставят забор, бьют сваи, роют котлован. Мы с этим жестко боремся. Однако зачастую строительным компаниям выгоднее каждый день платить штрафы, но зато быстрее завершить строительство. А существующие в законодательстве лазейки не позволяют нам отбирать лицензию.

Повторюсь, что к качеству претензий, по большому счету, нет. У нас меньше, чем в Москве, гастарбайтеров. Появляются они только в летний сезон. При этом больше половины из них занято в индивидуальном строительстве, четверть — в дорожном, и только пятая часть работает на отделке и вспомогательных работах на городских стройках. Основные строительные работы выполняют местные квалифицированные рабочие.

+— А как же падающая высотка в Шипкинском переулке?

— Это исключение, которое только подтверждает правило. Мы вовремя вмешались, выделили деньги из резервного фонда, укрепили фундамент. Сегодня проблема полностью решена.

В городе очень специфическая геология. Начинаешь строить в центре дом — трещат все соседние. «Невский палас» строила солидная австрийская фирма, но соседние дома пострадали и до сих пор стоят пустые.

+— «Невский палас» — пример не единственный. Может, в центре вообще ограничить новое строительство?

— Мы не можем запретить строительство в центре. Но инвестор обязан провести укрепление соседних зданий. Дом на Владимирском, 19, лет десять стоял пустым, разрушался. Да, во время реконструкции «затрещал» соседний дом. Но и ждать, пока рухнет аварийное здание, было нельзя. Построили «Гранд палас», который признан лучшим проектом прошлого года, — затрещал Театр музкомедии. Возвели гостиницу на Мойке, 22, — пошли «волосяные» трещины в Капелле. При этом везде применялись самые современные технологии.

+— Хорошо, а когда решится вопрос с аварийными зданиями вокруг «Невского паласа», приведут в порядок здание городской Думы, да и вообще весь центр?

— «Невский палас» сменил владельца, и он обязан провести реконструкцию соседних заданий. Сейчас готовится проект. Когда он будет реализован, сказать сложно. Здание Думы будет передано Сбербанку, который обещает отремонтировать ее за три года. Что касается центра города, то в Петербурге 3,5 тысячи памятников федерального значения. На них таблички: «Охраняется государством». На их реставрацию из городского бюджета мы не имеем права выделить ни копейки.

О «хрущевках»

+— Будет ли когда-нибудь решена проблема «хрущевок», например, путем массовой реконструкции?

— Это не только городская, но и государственная проблема. После Второй мировой войны все страны строили дешевые панельные дома. И везде их реконструкцией занималось государство. Во Франции все проблемы были решены к 1970 году, в Дании — к 80-м, в Финляндии — к 90-м годам. Чтобы реконструировать «хрущевки», необходима помощь федерального бюджета. Примерная цена вопроса — миллиард долларов.

+— Эксперимент с использованием московского опыта, где «хрущевки» сносят, означает, что от санации решили отказаться?

— Нет, я считаю, что «хрущевки» следует реконструировать. В Москве несколько другая ситуация. Там много было построено панельных домов самых первых серий. Они были не очень удачные, и здания просто разваливаются. Кроме того там несколько иная экономическая ситуация. Недавно я был там в новом панельном доме. Вид из окна на завод имени Хруничева — забор с колючей проволокой и вышки с автоматчиками. Квадратный метр в этом доме стоит 1400 долларов! Наконец, там можно строить высотки. В Петербурге сложные грунты не позволяют строить здания выше 30 этажей. Поэтому в Москве выгоднее «хрущевки» сносить. У нас — реконструировать. Но если москвичи хотят попробовать использовать свой опыт у нас, то почему нет?

Мы пока идем по пути, когда при строительстве нового дома застройщик обязан провести санацию нескольких соседних зданий: починить крышу, заменить стояки, утеплить дом.

+— Многострадальный дом на Двинской решили расселить. Почему ситуацию довели до критической, а не решили проблему раньше?

— Дом на Двинской не аварийный. Это подтвердили все побывавшие там комиссии. Запущенный — да, но не аварийный. Ситуация психологически обострилась, когда рядом возвели забор, чтобы снести дом, обрушившийся два года назад. Люди поняли, что это их последний шанс. Дом снесут, новый построят, а про них забудут. Кстати, это ведомственное общежитие, принадлежащее Балтийскому морскому пароходству. Не городское. Но губернатор приняла правильное решение расселить общежитие. И не из-за того, что здание аварийное, а потому, что людям было психологически тяжело там жить, вспоминая катастрофу двухлетней давности.

Tags: #хрущевки #строительство #строить #петербурге #центре #зеленых #ситуация #проблема #палас #здание #которые #рядом #зданий #районах #плотности

Дополнительные фотографии