Автор: Андрей Пуминов [19.06.2007]

После рождения Маши я стала больше разбираться в жизни

+– В мае вы с режиссером Юрием Ереминым выпускаете «Женщину с моря» Ибсена. Пьеса не самая известная. Что это за история?

– Пьеса совсем не известная. Первый раз я прочла ее года три назад. Идея вроде мне понравилась, но были большие сомнения, тем более я ребенка хотела, потом ребенка родила. Так что только сейчас принялись за работу. Ставим мы не саму пьесу, а версию Еремина. Он предложил очень динамичный вариант, там много таинственного, много мистики, но все очень живо. Надеюсь, это будет и зрелищно, и интересно. Весь смысл пьесы в том, что, делая выбор, человек должен быть свободен. В наше время, достаточно компромиссное, мы часто принимаем решения несвободными, с учетом множества обстоятельств. Сейчас не модно бороться за идею, за идеалы. Героиня моя тем не менее стоит перед выбором и, делая его, полностью отдает себе отчет в том, что она несет полную ответственность за последствия. Я давно не репетировала и пока внутренне рассеянна, до конца еще не вошла в работу так, чтобы быть совершенно свободной в материале. Кроме того, сложно сейчас организовать полноценную репетицию, чтобы все участники спектакля были в сборе. У всех съемки. А я привыкла к тому, что есть застольный период, все разговаривают, все в курсе того, что происходит. Театр – он требует сосредоточенности. Нужно, чтобы возникла команда. А сейчас так много все снимаются, что, мне кажется, модно уже не сниматься.

+– Марина, театр, вернее, закулисье, по всеобщему мнению, – место, где сплошь больное самолюбие, где люди легко и часто обижаются и обижают. А вам как в театре живется?

– Я стараюсь никогда не слушать, когда мне передают, кто что сказал. Особенно – из коллег. Особенно – в театре. Потому что это часто ни к чему не имеет отношения. У кого-то заболел ребенок, поругался с женой, пришел в театр, увидел распределение и проходящему мимо коллеге что-то сказал. Но это ерунда. Сама понимаю: артистов часто захлестывают эмоции. Даже и в семье так бывает, когда неосторожно сказанное слово провоцирует ссору, но тут же люди мирятся. А театр – тоже семья. Особенно «Табакерка». И мы переживаем друг за друга, когда что-то не ладится, когда уходит кто-то или поступает безответственно. Мы же очень давно вместе, а жили когда-то только этим: не было семей, не было других забот. Мы были полностью сосредоточены на театре. Понимали, что должны выживать командой. Сейчас – немного иначе. Но осталась любовь друг к другу.

+– В связи с рождением дочери вы довольно долго не играли. Тяжело вам как актрисе было пережить такую большую паузу?

– Нет. Я же очень хотела родить ребенка. С Машей я настолько наслаждалась каждым мгновением, и я настолько по любви все делала, что у меня не было мыслей, что я теряю время. Моя женская природа, к счастью, устроена органично, и если я хочу ребенка – я хочу ребенка, если я решаю кормить ребенка, кормлю и не мучаюсь, что в это время меня нет на тусовке или я не играю премьеру.

+– А это от природы у вас такое легкое приятие жизни или от опыта?

– После рождения Маши я гораздо больше стала в жизни понимать. Ко многим людям изменила отношение. По-другому на многие вещи стала смотреть. Мне сейчас есть, что отдать. Иногда ведь, делая паузу, человек больше приобретает, чем теряет. Когда мы только тратим себя, может настать момент, когда нечего уже будет тратить. Я ведь большинство ролей своих через себя играю, собой, а для того, чтобы «через себя», нужен опыт и эмоции. Их надо откуда-то брать. И пауза как раз и есть то время, когда можно набрать. Кроме того, мне кажется, что если ты только работаешь и не видишь, что происходит вокруг, не радуешься друзьям, весне – ну как? Надо жить, помимо того, что работать. Иначе работать будет скучно.

+– Вы живете не так, как большинство ваших зрителей. Но «попасть» вы должны именно в них, то есть должны знать их болевые точки, их проблемы, просто знать, как они живут. Этот опыт откуда вы берете?

– Я так скажу: у меня есть родители, есть братья двоюродные, у нас есть родственники в Саратове, у меня сейчас живут две женщины из Тулы – Машины няни. Все они нормально ездят на метро, получают пенсию, и если бы я не помогала своим родителям, как, наверное, многие своим родителям помогают, им было бы нелегко прожить. Кроме того, мы ездим на гастроли, и там тоже есть общение с людьми. Я не вырвана из этой жизни. Я стараюсь вырвать себя из другого – из разрушительного воздействия прессы, телевидения. Кроме того, я сейчас играю в пьесах великих драматургов и, даже если я где-то не попадаю, попадет их текст, их знание людей и жизни. Они же писали о том, что близко всем и что с каждым может произойти. А на телевидении считается сейчас почему-то, что если «про нас», то это про милиционеров и проституток. Странно. Как раньше про заводы было, сейчас – про криминал. Ну почему? Так и с артистами. Почему мне все время предлагают посмотреть, что артист «Икс» ест на завтрак и в какой ванне он купается? Это же не интересно! Интересно – как он репетирует, как он рассказывает про свои впечатления. О чем он думает, а не какую обивку дивана предпочитает.

Tags: #ребенка #жизни #время #очень #часто #кроме #театр #стала #интересно #делая #театре #особенно #должны #играю #почему

Дополнительные фотографии