Автор: Андрей Пуминов [25.12.2011]

«Еще четыре года назад работал телохранителем»

+– Денис, для вас этот год получился удачным – победы над Джонсом-младшим и Тони запомнятся, наверное, надолго. Но, возможно, вы считаете, что могли сделать что-то большее?

– Год, конечно, получился хороший, что там говорить. Но мне не хочется почивать на лаврах. Бои с Джонсом-младшим и Тони – это история. Я уже смотрю в будущее. Впереди, надеюсь, поединок с чемпионом мира в тяжелом весе по версии WBA панамцем Гильерме Джонсом. Если мне удастся его победить, то стану не «временным», а чемпионом без всяких приставок. Но переговоры по этому поводу начнутся после 25 декабря. Дело в том, что в этот день мой товарищ по команде «Витязь» Саша Бахтин будет проводить очень важный бой в легком весе, поэтому и наш общий с ним промоутер Владимир Хрюнов сейчас полностью занят подготовкой к его поединку. Кроме Джонса, есть и еще один очень интересный вариант.

+– В эти дни исполняется ровно год с того момента, как вы потерпели единственное поражение в профессиональной карьере, уступив в чемпионском сражении немцу Марко Хуку. Тогда вы говорили, что не чувствовали себя проигравшим…

– Да, рефери поднял не мою руку, а Хука, но никто меня не упрекал, не считал мое выступление неудачей. Даже сами немцы подходили ко мне и говорили, что это я настоящий чемпион, а не их соотечественник. Ну а я после того поражения поработал над ошибками и, надеюсь, сделал правильные выводы. Дело в том, что в бою с Хуком я все риски сводил к минимуму, а в таких поединках порой как раз надо рисковать, но разумно, оправданно. И еще я не выложился в том бою на все 100 процентов. Думал, что в последних раундах Хук бросится на меня, поэтому экономил силы. И уже в раздевалке почувствовал, что не додал на ринге процентов 30 своих возможностей. Это хороший урок для меня. А решение судей пусть останется на их совести. Может, я не выиграл, но и поражения не заслуживал.

+– Совсем недавно боксерский мир потрясла гибель на ринге Романа Симакова, роковым для которого оказался бой за титул чемпиона Азии с Сергеем Ковалевым. Этой трагедии могло ведь, наверное, и не произойти, если бы рефери своевременно остановил бой?

– Ох, судейство – это действительно больная тема. А случай с Симаковым просто ужасный. Хотелось бы выразить соболезнования всем родным и близким парня… Увы, его уже не вернешь. Но скажу вот о чем. Перед каждым боем рефери подписывает отдельный контракт. Среди прочего в нем существует пункт, в котором говорится: «Судья не должен открывать счет, если боксер стоит на ногах». Но в скобках маленькими буквами написано: «В отдельных случаях решение принимается на усмотрение рефери». Увы, не всегда судьи пользуются своим правом принимать решение, исходя из конкретных жизненных обстоятельств. Но, конечно, давать сигнал о досрочном прекращении боя должен и угол спортсмена, где находятся его тренер, врач. Они обязаны реагировать, когда с их боксером что-то не так. Сейчас, надеюсь, разберутся в причинах трагедии, которая произошла в Екатеринбурге. Но сколько случаев, когда судейские ошибки подчас ломали не жизнь, а карьеру совсем молодым ребятам. У нас ведь как идет отбор на серьезные соревнования? Сначала проводится зональный турнир, потом победитель едет на областные старты, а в случае успеха там выходит на уровень первенства России. Так вот нередко отдельные судьи просто «душат» талантливых боксеров, пропуская вперед нужного парня. И получается, что в боксе настоящему дарованию сейчас не так-то легко бывает пробиться наверх.

+– В любительском боксе вообще ни одно соревнование, кажется, не обходится без судейского скандала…

– Здесь уже доходит до того, что накануне чемпионата мира или Олимпиады осведомленные люди знают, сколько примерно медалей получит та или иная страна. И сколько наград останется хозяевам соревнований. А еще я солидарен с теми нашими ребятами, которые считают, что чиновники из Федерации бокса России недостаточно настойчиво отстаивают их интересы, и последний чемпионат мира тому пример. Проблемы с судейством потихоньку докатились и до профессионального бокса. Все просто: раз подняли руку – значит человек победил, а если проиграл, то, возможно, кто-то из его окружения не сумел «решить все вопросы». Увы, такое тоже бывает.

+– Между тем еще три с половиной года назад было трудно предположить, что вы вообще окажетесь в мире профессионального бокса...

– Вообще я дважды уходил из бокса. Первый раз в 1998-м, когда за плечами был уже финал Игр Доброй воли в любителях. Год не боксировал. О том периоде своей жизни сейчас говорить не хочу. А потом пришел в боксерский клуб «Рекорд», который находился в «Лужниках». Провел 12 профессиональных боев, но денег на содержание семьи не хватало, тем более что на свет появилась дочка. Вот и решил снова уйти из бокса. Думал, что навсегда. Уехал на заработки на Украину. Так сложилось, занимался перевозками различных грузов. Работал в Киеве, Ялте. Помотало меня, в общем... Да, не только украинцы едут к нам заработать. Бывает, оказывается, и наоборот... Потом я там даже телохранителем был у весьма серьезных людей. Сразу скажу, что кулаки в ход пускать не приходилось. А в 2008-м вернулся в Россию, поехал по делам в подмосковный Чехов... Захожу в салон сотовой связи, а навстречу мне Саша Поветкин! Мы хорошо друг друга знали. Ну я и попросил его помочь мне вернуться в бокс. Уж очень к тому времени соскучился по рингу. Дай, думаю, хоть попытаюсь. Саша дал мне телефон своего менеджера Хрюнова. Созвонились. Владимир предложил мне поучаствовать в спаррингах, а затем принял в клуб «Витязь».

+– Много времени понадобилось, чтобы вернуть себе боевую форму?

– На тот момент у меня было всего четыре лишних килограмма. Все-таки я ведь не сидел сложа руки. Бегал, старался держать себя в тонусе. Так что когда оказался в «Витязе», то без особых усилий довел свой вес до 94 килограммов. А боксерские навыки никуда не делись. Возвращение, конечно, шло через большой труд. И соперники для меня подбирались, что называется, по восходящей в рейтинге. Словом, все было постепенно. Так и втянулся.

+– А вообще где начинали заниматься боксом?

– В родном Старом Осколе. Я тогда, наверное, учился классе в третьем. Полгода мы все удары отрабатывали только перед зеркалом, а в основном занимались общефизической подготовкой: подтягивались, отжимались. И только спустя шесть месяцев был первый спарринг. А сейчас почему-то мальчишкам надевают перчатки уже на первом занятии. Тренеры думают, что перед ними вундеркинды, что ли? А мы что, от нечего делать у зеркала занимались?..

+– На улице приходилось использовать кулаки?

– Конечно. Я же не девочка. Парень должен уметь постоять за себя. Много было баталий. Какие-то драки выигрывал, какие-то проигрывал, но одну точно не забуду. На меня напали четверо, и я бросился наутек в лес. Они за мной. И тут я вижу, как отец идет навстречу с работы. И мне стало так неприятно, что я убегаю. Развернулся и приготовился дать бой. Но нападавшие тоже увидели моего отца и драться не стали. До сих пор не знаю, считать мне ту стычку победой или поражением.

+– А сейчас, кстати, не приходится применять силу в быту?

– Понимаете, я такой человек, который не может пройти мимо, если видит несправедливость. Вот не так давно смотрю: трое дубасят одного. Подошел, сделал замечание. Говорю: «Если уж так кулаки чешутся, что на одного напали, так подеритесь со мной». Они почему-то отказались и молча разошлись.

+– Многие думают, что вы служили в ВДВ, поскольку выходите на ринг перед боями в тельняшке и голубом берете. А на самом деле служили в спортроте, правда?

– Так точно. В Старый Оскол пришла специальная директива из Москвы, из ЦСКА, и меня действительно призвали в спортроту. Жил в интернате на пересечении Петровско-Разумовской аллеи и улицы 8 марта. Ох, веселое было время. Весь интернат занимали мы, армейцы. Девушки располагались на втором этаже, а парни – в остальных помещениях. Помню, пошли гонять мяч с футболистами. Я, конечно, люблю футбол, но техники особой нет. Ну и они решили, что спокойно «раскатают» боксеров. Но мы их победили за счет выносливости, дыхалки. Я в защите отыграл неуступчиво, жестко. Футболисты потом чуть не плакали – настолько им было обидно. Потом и в хоккей играл, хотя опять же не считаю себя мастером.

+– А почему носите тельняшку ВДВ?

– Летом этого года я официально принят в «Союз десантников России». И вообще очень уважаю людей этой военной профессии, регулярно приезжаю в гости в 45-й полк специального назначения. Поэтому и выхожу на свои бои в тельняшке.

+– Вы, наверное, хорошо знаете и еще одного бойца из Старого Оскола – Федора Емельяненко?

– Да, мы с Федей дружим, а познакомил нас когда-то мой брат. Бывает, что сражаемся с ним в спаррингах. Последний раз боксировали перед моим поединком с Роем Джонсом. На ринге мы не щадим друг друга. Единственное, есть правило – не добивать соперника. Ну и вообще спарринг – это схватка на доверии. А уже потом можно чай попить, поговорить.

+– И как бы вы оценили боксерскую подготовку Емельяненко?

– Наверное, боксирует он на уровне мастера спорта. Но если бы Федор сконцентрировался только на этом виде спорта, то вполне мог бы дорасти до уровня мастера спорта международного класса. Он, кстати, учил меня борьбе. В этом компоненте единоборств у него надо мной полное превосходство. Зато мне было очень интересно.

+– А сразиться с Последним Императором по правилам смешанных единоборств не пытались?

– Нет. Поздно мне уже перестраиваться…

Tags: #вообще #наверное #конечно #очень #бокса #джонсом #рефери #бывает #надеюсь #поэтому #ринге #решение #просто #должен #сколько

Дополнительные фотографии