Грядущий, всходишь к Вечности на твердь
зарей великой, и в ночи времен
Ты — петушиный зов, роса, и звон,
заутреня, и девушка, и он —
тот чуждый человек, и мать, и смерть.

Изменчив Ты от головы до пят,
и одинок как перст в судьбе Твой лик.
Тебе не радуются, не скорбят —
как пуща. Ты неведом, глух и дик.

Ты — сущность всех вещей, их окоем.
Про суть Свою последнюю молчишь.
Иным всегда иначе предстоишь:
землею — судну, суше — кораблем.