Днем Ты наслышками одними
народу в уши шелестишь,
но бьют часы, и Ты — за ними
опять сомкнувшаяся
Днем Ты наслышками одними
народу в уши шелестишь,
но бьют часы, и Ты — за ними
опять сомкнувшаяся тишь.
Чем день к вечерней мгле ведомей,
тем больше Божье бытие,
и дымом Царствие Твое
вздымается на каждом доме.
народу в уши шелестишь,
но бьют часы, и Ты — за ними
опять сомкнувшаяся тишь.
Чем день к вечерней мгле ведомей,
тем больше Божье бытие,
и дымом Царствие Твое
вздымается на каждом доме.
