Безумье — сторож,
ибо — сторожит.
Смеясь, для ночи ищет он имен —
семь, двадцать, триста, — словно ворожит
ночь ежечасно именует он.

И с треугольником его рука
дрожит, и он, задев о край рожка,
в который сам не может задудеть,
домам свою умеет песню спеть.

Сквозь мирный сон ребятам чуть слышна
дозорная безумья тишина.
Но псы со злости рвутся на цепях,
шаги его почуя у ворот,
дрожа, когда минует он, и страх,
что он вернется, — снова их берет.