Они глядят, как вещи, безответно.
А если в гости их позвать, они
сидят по-дружески и неприметно,
робеют каждой мелочи и тщетно,
как утварь, укрываются в тени.

Стоят они у тихого притина
на страже им неведомой казны.
Пучина их качает, как челны.
Они разостланы, как на лугу холстина
открытой чистоты и белизны.