Все будет вновь огромно и могуче:
над стенами деревья, словно тучи,
простые страны, складчатые воды,
а по долинам у речных излучин
тугие ратаи и скотоводы.

Хватать не будут больше церкви Бога,
как беглого, и причитать убого
над Божьей жалкой, загнанной судьбой.
Странноприимны всюду станут домы,
желаньем жадным жертвовать ведомы
деянья будут, как и мы с тобой.

Не будут ждать загробного в надежде
на небеса и, смерти не боясь,
земле послушны будут, как и прежде,
к ее рукам знакомым прислонись.