Память или кинохроника?
Свет былого или тень?
Вот летит пыльца с тутовника
На персидскую сирень!

День такой, что и барышнику
Не запомнится урон.
По бакинскому булыжнику
Проезжает фаэтон.

Колесо блестит высокое,
И приподнят чёрный верх,
Тощий кучер, громко цокая,
Приглушает женский смех.

Обнимает мама отчима,
Пыль мешается с пыльцой, —
И грядущим одиночеством
Ударяет мне в лицо.

Колесо скользит вдоль крепости...
Вдалеке стареет мать...
Стыдно, глупо до нелепости
Лихом детство поминать.

Не судьбы моей превратности,
А превратности души —
Эти до невероятности
Чёрные карандаши.

Колесо с последней спицею,
Полубред и полубыт...
Но цветёт сирень персидская,
И туман с неё летит...