Жужжало лето. Томный час погожий;
все нетерпение свое внесла
она в этюд, невероятно схожий
с реальностью, которая могла
еще настать — сегодня, завтра
а может быть, таящейся вокруг;
и за окном, невидимый для взора,
чудесный парк почудился ей вдруг.
Звук оборвался; встала у пилона,
решила книгу взять, но из окна
жасмином потянуло, и она
поморщилась — почти что оскорбленно


