О. Мандельштам

Опять эта вспышка
Больного ума:
Надзорная вышка,
Под нею тюрьма
И каторжный номер
В той бане, где, гол,
От голода помер
Господний Щегол.

Но дальше — не яма,
Всё было не так.
Несли его прямо
Сквозь солнечный мрак
Два ангела Божьих
В эдемский предел,
И призрак прохожий
Вослед им глядел.