Пусть на вахте обыщут нас начисто,
а в барак надзиратель пришел,
мы под песню гармошки наплачемся
и накроем наш свадебный стол.

Женишок мой – бабеночка видная,
Наливает мне в кружку «тройной»,
вместо красной икры булку ситную
он намажет помадой губной.

Сам помадой губною не мажется,
и походкой мужскою идет,
он совсем мне мужчиною кажется,
только вот борода не растет,

Девки бацают с дробью «цыганочку»,
бабы старые «горько» кричат,
и рыдает одна лесбияночка
на руках незамужних девчат.

Эх, закурим махорочку бийскую,
девки заново выпить непрочь,
да за горькую, да за лесбийскую,
да за первую брачную ночь.

В зоне сладостно мне и немаятно,
мужу вольному писем не шлю,
никогда, никогда не узнает он,
что Маруську Белову люблю.