О, почему цари лежат в пыли,
недолговечны, как простые вещи, —
и лишь судьба их, как печатка, резче
оттиснется на мягкости земли.

Но как мог ты, источник и начало,
уйти? Твои уста молчат,
ты — щек моих тепло, тебя не стало.
О, был бы снова ты зачат,
и жизнь твоя бы снова возблистала!

Разрушен ты, и тот, кто о потере
теперь скорбит, тебя спасти не смог
и слышит весть, своим ушам не веря, —
так с воплями подраненные звери
катаются и тычутся в песок.

На мне живого места не осталось,
ты, словно волос, вырван из меня
и тут, и тут, и там, где забавлялось
беспутство женщин. Горько плачу я,

что чувств моих - клубок крученой пряжи —
ты не успел распутать; одного
тебя я видел и любил. — Куда же
уходишь ты из зренья моего.