А кто-то всё ещё рожает...
А кто-то все еще рожает,
хоть всё в России дорожает,
всё, кроме жизни... Страшно жить.
Цена дыханию - копейка...
И счастлив более калека,
не уготованный служить...
Слепцу не выдадут ви...
А кто-то все еще рожает,
хоть всё в России дорожает,
всё, кроме жизни... Страшно жить.
Цена дыханию - копейка...
И счастлив более калека,
не уготованный служить...
Слепцу не выдадут ви...
На отъезд Д.Я.Дара
Прощаться легче в аэропорту...
Стекла и ветра проблески и всплески.
Он весь – сквозняк, простор без занавески;
И холодок у сердца и во рту.
Аэропорт – бездомное...
Прага, я не могу на твоём не споткнуться пороге:
Здесь брусчатка, как реквием, скорбно звучит под ногой...
Чешский мальчик горел, а у нас проступали ожоги,
Будто Ян – это я, это я, а не кто-то ...
Ветераны, ветераны,
ночью ноют ваши раны,
разъедает ваши раны - жизни соль:
Для того ли рисковали
и шинели надевали,
чтоб в шкафу их запорашивала моль...
Ветеран бельё латает,
потому ...
Господи, как он счастлив - страшно смотреть..
Он озабочен, Господи, как ты в неделю творенья..
Хоть бы в тебя он веровал, Господи... Только в смерть.
И, не поверишь Господи, - в энтузиазм горен...
Не лучи люблю я, а излучины
с их подводным, чуть дрожащим светом.
Не была я винтиком закрученным. -
Мне ли быть раскрученным поэтом?.....
Снег ложится серебристый
на черненье декабря.
Помнит площадь Декабристов,
Как, свободою горя...
Первый луч – кинжалом по коре...
Господа, какие будут мнения?
Ваша честь, построиться в к...
Пожелайте мне долгие лета!
Я – песчинка нездешних морей,
Неприкаянный житель планеты,
Заблудившийся русский еврей...
Всё чужое: и паспорт, и говор,
Всем чужое – куда ни приткнись...
Без...
Верстовые столбы, верстовые столбы
от Фонтанки – до Средней Рогатки.
Это в книге моей бесприютной судьбы
на счастливую память закладки...
Город Родиной был, а не гордый союз,
как матрёшки...
Советские радости: розовый шмат ветчины
Марь-Ванне достался, и вовсе не жирный, последний...
„Последний, последний!“ - она повторяет и скачет,
и кажется ей, что соседка от зависти плачет
в пе...
Мы нараспев дышали Мандельштамом,
Почти гордясь припухлостью желёз...
И жизнь была бездарностью и срамом,
Когда текла без мужественных слез.
Оберегая праздников огарки,
Средь ослеплённ...
Хмурая помесь асфальта и неба.
Жактовский замок Согбенного Глеба.
Мимо – плащи по делам.
Кустики вместо готических сосен.
Что там, весна или поздняя осень,
В снеге с дождём пополам?
Вп...
Слава богу, что так, в Елабуге,
а иначе бы шли за гробом
равнодушно смурные лабухи,
каждый – нанят, и каждый – робот.
А в Париже или в Берлинии
провожали бы языками
злыми. Платьями – спло...
Дождь на ёлке и снег за окном –
всепогодье, скрещение блеска...
Рюмки в трещинках зимних
вином
наливаются –
стебли свиданий...
И прозрачная, как зана...
Не упрекай!— судьбу винить не надо,—
Ведь корабли все сожжены теперь,
И больше нет к минувшему возврата.
Не упрекай!— все к лучшему, поверь.
Ошибка ль, нет?— теперь умом холодным
Союз сердец бе...