В январскую лють у клестов появляется выводок,
Не птицы причуда — причуда природы самой.
И в этом есть мудрая, чисто житейская выгода:
Хороший хозяин телегу готовит зимой.

В то время, как птицы другие на юг улетели,
На сытых кормах почивают у южных морей,
В насиженных гнездах в вершинах заснеженных елей
Мужают птенцы под надзором клестих-матерей.

Мужают птенцы, безбоязненно вьюгу встречая,
На тоненьких лапках навстречу бурану встают,
Суровую жизнь до конца на себе изучают,
Чтоб выжить и жить, невзирая на скудный уют.

Наступит весна, а они уже зиму прожили,
Что ливни, что град им, когда они видели лед?
В их маленьких тельцах стальные клубки сухожилий
Готовы исполнить любой тяжелейший полет.

В январскую лють у клестов появляется выводок,
В апреле птенцы возмужало выходят из гнезд.
А вдруг среди прочих внезапно окажется выродок,
Не хуже других перенесший пургу и мороз?

Не хилый заморыш, которого ткни — и загнулся,
А сильная птица, в которой страстей на двоих,
Какая гордится уверенно бьющимся пульсом,
Хватая за горло собратьев и братьев своих.

Природа мудра, но нужна ли тут мудрость? Не поздно ль?
А тень от крыла над вселенной зловеще кружит.
Клестята уже покидают уютные гнезда,
И в белое небо привычно кладут виражи.

Они вылетают... Но есть на земле справедливость.
Природа мудра, и не надо природу учить.
Их крепкие клювы еще недостаточно кривы,
И шишек сосновых они не умеют лущить.

Умеют летать, но еще не умеют кормиться,
И все-таки, жизнь на мгновение раньше открыв,
Из маленьких гнезд вылетают могучие птицы,
И воздух гудит под напором их яростных крыл.