Пройдет ли в доме ночи
Белых искр пустынный плес?
Я вспоминаю, грудью загораясь,
(Как разогрет кирпич на солнце, как щербат).

Я вспоминаю превращенье рек,
Что на столе руками мы смешали,
Я помню тот земной испуг,
Когда из леса вдруг выходит поезд, словно зверь.

Но жизнь — безмолвная,
Не знаю, как понять.
Лишь прибавляет холоду и льду,
Лишь прибавляет ходу мне по снегу,
Но не хочу я объясненья жизни.
Еще остался мыльный галечник над морем,
Еще остались времени сплетенья —
Зацепы звезд за кровли родовые,
Прохрусты рук по танковым следам.

Еще остались дальние поселки,
Что видел я своим безмолвным взором
Из водопада поезда стекла,
Наплывы мудрые морщин равнинных
И возле глаз пустая борозда —
Все отдаляет окончанье жизни.