Автор: Виктор Мясников [11.06.2012]

Не можешь что-то изменить – подними голову!

+ Евгения Павловна, пьесу «Пять вечеров» впервые поставили в 1959 году, семь лет назад «Современник» к ней вернулся, главную роль исполняла Елена Яковлева, потом ее сменили вы. Не переживали, что вас будут с Яковлевой сравнивать? – Елена Яковлева составляла потрясающий дуэт с Сергеем Гармашом, спектакль всегда пользовался большим успехом. Причем зал был разнообразный: и молодежь, и люди постарше приходили. И все принимали постановку единодушно и тепло. Когда Яковлева ушла из театра, «Пять вечеров» сняли с репертуара, но об этом вскоре пожалели и актеры, и зрители. Когда мне предложили войти в спектакль, я понимала: моя основная задача не разрушить то ценное, хрупкое, что создавалось долго и с душой. Задача сложная и увлекательная одновременно. Я постаралась сделать все максимально деликатно. Конечно, опасения, что мою игру будут сравнивать с игрой Яковлевой, были. Это всегда трудно – входить во что-то устоявшееся, тем более если это что-то – талантливо созданное цельное произведение. Если мне все удалось, то в огромной степени благодаря Гармашу – он был расположен ко мне и верил, что все получится. + В своих интервью вы часто рассказывали, как строго всегда к себе относились. И, даже став настоящей звездой, плакали после премьеры фильмов с вашим участием. Сегодня вам удалось найти рецепт уверенности? – Не уверена, знаю ли я рецепт… В личной жизни меня до определенного момента преследовали неудачи. Конечно, это мне не добавляло любви к себе, наоборот, пожалуй, убеждало в правильности негативного отношения. К счастью, у меня всегда была возможность много работать, наверное, профессия мне помогла. Моя жизнь всегда была разнообразной и насыщенной, я всегда чувствовала внутреннее продвижение. И никогда не стеснялась попросить друзей, знакомых или коллег дать совет, подсказать, покритиковать. + Кто для вас самый авторитетный судья? – Самый авторитетный и строгий судья для меня – это мой муж Андрей Эшпай, замечательный режиссер. Я всегда звала его на первые прогоны, он приходил, советовал, я его слушала. Меня ведь в свое время практически уничтожила критика за спектакль «Чайка» в Театре им. Вл. Маяковского. И в тот момент я зареклась читать любую критику о себе. Даже если хорошее пишут – не читаю. Я отсекла это от себя. + Вы обмолвились о чувстве внутреннего продвижения. Кто или что дарит вам это чувство? – Я несильна в терминах, но остро чувствую, что для меня быть личностью – это важнейшая составляющая внутренней гармонии. Эта гармония опять же не исключает внутренних сомнений и мучений, но при этом должно быть ощущение: ты живешь так, как тебе нужно. Конечно, главное для женщины – личное счастье, но для меня полное счастье всегда предполагает сочетание личного счастья с любимым делом. Нас с братом воспитали изумительные родители и две потрясающие бабушки, которые всегда были уверены: детям нужно давать как можно больше, в том числе показать им возможность выбора, тот вектор, который даст направление жизни. Но если человек не настроен на любовь, не получил ее и не отдает, все это – бесполезно. + Вы как-то рассказывали, что, пока вам и вашему брату Юрию Вяземскому (писатель, автор и ведущий программы «Умницы и умники». – «ТШ») не исполнилось по 14 лет, ваш отец, академик Павел Симонов, с вами совсем не общался. – Мой отец был серьезным ученым, фанатиком. Ну представьте себе: однажды он пришел домой, сказал маме: «Все, Лялька! Я переезжаю в Москву!» «А мы?» – спросила мама. – «А вы, если хотите, можете поехать со мной!» Налаженный быт в Ленинграде, дети, квартира… Он не думал об этом – он следовал за наукой. Но мама всегда знала ему цену, в доме был культ отца. Он работал весь день напролет – писал, писал… Мое первое воспоминание о нем – его спина. Он любил нас по-настоящему, но был безумно поглощен работой. Начал общаться со мной и Юрой, только когда увидел в нас собеседников. Но мы не обижались – были очень близки с мамой и принимали все как должное. И наверное, благодаря отцу мы узнали, что это такое – жить своим делом. + Во всем есть свои плюсы… – У меня есть троюродная сестра, очень близкий мне человек, мы росли вместе. В свое время она уехала на Дальний Восток, жила в очень непростых условиях, но постоянно писала мне о потрясающем виде из окна. Когда я оказалась во Владивостоке на гастролях, поехала к ней в гости – чтобы наконец увидеть это легендарное окно и вид из него. Когда увидела, ужаснулась: «Моя любимая сестра сошла с ума!» Весь вид – гаражи, а между ними – свалка. Сестра спросила: «Ты куда смотришь? Голову подними!» Я поднимаю, а там – потрясающей красоты золотые осенние сопки. Вот так! Если не можешь чего-то изменить, нужно просто поднять голову. + А вы какой мамой были? Вы ведь первую дочь родили в 21 год, на взлете своей популярности. Успели насладиться моментами материнства? – Вы знаете,мне моя жизнь кажется очень длинной, может, потому, что она была насыщенна работой, но в то же время я не жертвовала общением с детьми. Когда младшей дочери исполнилось полтора месяца, я вернулась к съемкам. Слава богу, львиную долю хлопот брала на себя моя мама. А еще у нас была замечательная няня – девочка (кстати, из Екатеринбурга), которая приехала поступать в театральный, не поступила и долгое время жила с нами, помогала мне во всем. Поэтому я брала с собой дочь, няню и отправлялась на съемки. Сейчас спрашиваю Зою (старшая дочь, актриса театра и кино Зоя Кайдановская. – «ТШ»): «Чувствовала мое отсутствие?» Она говорит, что нет. + Начало вашей кинокарьеры было просто потрясающим – первокурсница снялась в картине «В бой идут одни «старики» Леонида Быкова. Как думаете, удача? – Я считаю, это была удача – я ведь ничего в тот момент не могла. Такой шанс бывает не у многих, но главное не получить его, а удержать. В течение первого года обучения я безуспешно ходила по кастингам, и только Леонид Быков, которого я считаю своим крестным отцом, заметил меня. На премьере фильма «В бой идут одни «старики» в Доме кино обо мне, восемнадцатилетней, он сказал: «Запомните эту девочку. Я уверен, вы еще о ней услышите». Вот так с его легкой руки, с его благословения начался мой путь. И потом в жизни было много подарков: я снялась у Георгия Данелия в «Афоне», в «Многоточии» Андрея Эшпая. А затем наступил довольно драматичный период 90-х годов. Я многое приобрела в профессии, но возможности пошли на убыль, и в какой-то момент все оборвалось: в новый контекст я не вписалась. Хорошо, что был театр… + И вас снова ждут зрители! – До пятидесяти лет я не знала, что такое лечиться: вывихнута ли нога, сломан ли палец или высокая температура – надо работать. А потом начинается воспаление легких – ведь ты не можешь подвести труппу. Но так хочется все успеть – не только в работе. У меня ведь есть любимая семья, муж, дети, внуки, которых я хочу видеть часто. Но скоро лето – наконец-то вся наша большая семья вместе с моими любимыми племянниками соберется у нас на даче. И это настоящее счастье!

Личное дело

Евгения Симонова родилась 1 июня 1955 г. в Ленинграде. Отец – психофизиолог, академик РАН Павел Симонов, мать Ольга Вяземская – педагог, брат Юрий Вяземский – писатель и телеведущий. Снялась в фильмах «В бой идут одни «старики», «Афоня», «Золотая речка», «Обыкновенное чудо», «Дети Арбата» и др. Первый муж – актер Александр Кайдановский. Дочь – Зоя Кайдановская, актриса. Второй муж — режиссер Андрей Эшпай, дочь Мария Эшпай – музыкант. Журнал «ТелеШоу» благодарит Арт-холдинг «Ангажемент» за помощь в организации интервью.

Tags: #всегда #время #очень #можешь #голову #яковлева #спектакль #конечно #жизни #эшпай #момент #нужно #счастье #сестра #снялась

Дополнительные фотографии