Автор: Андрей Пуминов [03.05.2007]

Я слепоглухонемой капитан дальнего плавания

Много веков подряд мир пытается изобрести вечный двигатель. А мне кажется, что его секрет знает лишь один Лев Константинович, потому что он сам абсолютный перпетуум-мобиле. Удивительно, как при той занятости и при том ритме, в котором он существует, при проблемах со здоровьем, преследовавших его, можно все время лучиться, светиться и столько работать. Груз его регалий на него, мягко говоря, не давит. Редко кто называет его Лев Константинович, разве что его студенты, да и те через месяц норовят перейти на «ты». Да, впрочем, и трудно вечному двигателю ходить плавно и величаво и называть себя медленно и долго — Лев Константинович — Левка, да и все тут.

Актеры должны учиться у тяжелоатлетов

+— Лев Константинович, вас называют Перпетуум-Мобиле. В этом году вам исполнится 76 лет, но вы себе не изменяете, продолжаете озорничать и вызывать улыбки. А в кино снимаетесь?

— А как же! Сейчас я работаю в картине «Парадокс», где играю полковника-пенсионера гражданской авиации. Здесь у меня совсем маленький эпизод. Сценарий написан хорошо, смешно, с иронией. Я люблю, когда люди воспринимают жизнь с юмором, тем более что я привык к себе всегда относиться с иронией. Поэтому если текст написан симпатично, лишен пошлости, я обычно соглашаюсь на роль. Когда у меня получается показать характер, когда зритель улыбается даже на маленький эпизод, то я счастлив, потому что моя задача как актера достигнута.

+— В каком кино играть интереснее? Я имею в виду жанр, сценарий, команду, режиссера.

— Я профессионал, поэтому чем сложнее для меня, чем труднее, тем интереснее. Но если фильмы похожи, то меня они не привлекают, ведь не хочется идти по знакомым стопам. Я считаю, что в каждой роли актер должен искать корысть. Когда я репетирую с актерами как режиссер, я всегда им говорю: ищите корысть, и повторяю: сделайте хоть шажок налево, направо, только не назад. Найдите что-то новое, маленький шажок — уже движение.

+— С чем это актерское «движение» можно сравнить?

— Вы, наверное, не смотрите тяжелую атлетику?

+— Почему же, пару раз, переключая каналы, я видела, что это такое…

— (Смеется.) Тяжелая атлетика — это интересный вид спорта. Там, как и в нашей профессии, есть своя философия. Когда штангист поднимает тяжелую штангу, идет на мировой рекорд и, наконец, бьет его, он заказывает вес еще больше. Я знаю, что он его не возьмет, но зачем же он назначает этот вес? Он подходит, берет штангу, поднимает ее только до колен, благодарит публику и уходит. Он возьмет его в следующий раз, потому что психологически уже сделал следующий шаг. У актеров профессия очень похожая: нужно делать эти шаги и не бояться ни трагедии, ни комедии. Режиссер предоставил тебе возможность проявиться как-то по-другому - проявляйся, подходи к этой штанге.

+— Сейчас вы работали на съемочной площадке, и был момент, где вы соскочили со стула и принялись косить невидимую траву. Это была ваша импровизация?

— Да, этого эпизода не было в сценарии. Я таким образом оживил своего персонажа, нужно же, чтобы меня узнавали, хотя бы по манере играть. (Смеется.)

Слепоглухонемой капитан дальнего плавания

+— У вас красиво получилось. Видимо, в детстве не раз приходилось в поле с косой выходить…

— Конечно, а я все умею! Если вы мне дадите молоток, я вам все что угодно заколочу, дадите штурвал самолета - я его поведу. Кстати, я вел самостоятельно самолет, правда, недолго, минут 40. До этого мне два часа показывали самолет, учили, как его водить, потом я сел за штурвал и полетел. Актер должен уметь делать все, потому что завтра он попадет в другую обстановку, и никто не должен его уличить на экране во лжи. Как Станиславский говорил: не верю! Нельзя, чтобы зрители сказали после просмотра фильма: «Да какой он шахтер, он даже отбойный молоток не умеет в руках держать!»

+— У вас бесчисленное количество сыгранных ролей. Сохранили ли вы какие-то привычки своих персонажей?

— Если бы я перенимал привычки своих бессчетных образов, то был бы слепоглухонемым капитаном дальнего плавания. Мы иногда после спектакля с друзьями собираемся и выпиваем. Они мне говорят: «Ты что, сумасшедший?» Я говорю: «А что такое?» - «Да мы думали, что ты после такого спектакля дня три отлеживаешься». Они просто не понимают, что сцена есть сцена, а жизнь — это жизнь.

+— Раз вы сами снимаетесь, наверняка следите за ситуацией в современном российском кинематографе.

— Обязательно, для меня это очень важно. Мне недавно дали посмотреть пять современных отечественных фильмов, и, знаете, они мне очень понравились, на удивление, фильмы оказались серьезными и достойными. Это не только мое мнение, картина «Остров», которую я посмотрел, взяла множество наград. Я считаю, наше кино развивается.

+— Но, Лев Константинович, вы же не можете отрицать, что в нашем кинематографе полно халтуры.

— Больше всего меня раздражает, что словосочетание «великий режиссер» сегодня применяется к кому ни попадя, оно стало обыденным. Между тем это в корне неверно. Сейчас по телевизору идет ретроспектива фильмов Тарковского, вот он — настоящий режиссер, великий!

Tags: #константинович #режиссер #дальнего #плавания #маленький #жизнь #должен #очень #слепоглухонемой #капитан #перпетуум #мобиле #снимаетесь #эпизод #сценарий

Дополнительные фотографии