Железный Феликс возвращается: Академии ФСБ присвоили имя Дзержинского
22.04.2026 20:26:38
+– Мне как девушке, занимавшейся в спортшколе, обидно: мужской футбол везде и всюду, а женского будто и не существует…
– Ну что ж поделать? Мужчины играют в футбол давно, а женщины нет. Что же удивительного в том, что мужской футбол более зрелищен?! мужчины бегают быстрей, бьют сильней. Так происходит практически с каждой игрой, за исключением, может быть, тенниса и водного поло: в водном поло не так важна скорость, а в теннисе на первый план выходит личность. Женская сборная по футболу существует и добивается, насколько я знаю, большего, чем мужская, но лично мне это неинтересно.
+– Я почему спросила: вас называют авторитетным футбольным комментатором, и я решила, что вы должны все знать.
– Не знаю, что имеют в виду, когда так говорят, я не пользуюсь таким словосочетанием, но я женским футболом не интересуюсь. Еще не готов обозревать футбол инвалидов, потому что это тоже свой мир…
+– На чьей вы стороне в конфликте Колоскова и Фетисова?
– А почему надо обязательно вставать на чью-то сторону и выбирать из двух зол? У Фетисова нет даже подобия программы, он никого не выдвигает, кто мог бы занять пост президента РФС. Как я могу вставать на сторону Фетисова, если не знаю, в чем она заключается, и почему я должен это делать? Потому что он выиграл в хоккее все, что бывает, потому что он молодой? А сторона Колоскова… лично мне он симпатичен, это умный человек, большой политик. Я бы на месте администрации президента рассмотрел вопрос, чтобы назначить его полпредом на Кавказе, чтобы он там всех помирил, потому что Колосков дипломат. Другое дело, что в управлении футболом он уже стал фигурой одиозной. Безусловно, допустил большое количество если не ошибок, то недочетов, и под его руководством наш футбол вряд ли будет прогрессировать.
+– Видите кого-то на месте Колоскова?
– Фамилий можно назвать несколько, но тут важно не столько знать имя, сколько быть уверенным в том, что его поддержат реальные футбольные силы. Вряд ли сегодня в футбольном мире, несмотря на то, что сейчас существует масса серьезных бизнесменов, есть человек, кандидатура которого у всех вызовет понимание. Все они примерно одного веса.
Мне вообще непонятно, за что борется Фетисов – пока, как я вижу, только за то, чтобы Колосков не был президентом. Я, как сторонний наблюдатель, прекрасно понимаю, почему можно не хотеть, чтобы Колосков оставался. Это нормальное желание, но это я могу сказать, что мне какой-то человек не нравится. Или вы… Может быть, главный редактор запрещает вам курить там, где вы хотите.
+– Точно, запрещает! Вы знаете, столько неудобств от этого…
– Вот видите, но это наш с вами частный разговор, а Фетисов человек государственный, если чего-то хочет, должен пользоваться разумной аргументацией. А те доводы, которые он приводит, обличают его неполную компетентность. Он, допустим, сказал, что РФС получает существенную господдержку. Да, получает, но оказалось, что поддержка эта меньше суммы налогов, которые РФС перечисляет государству. Ну как же министр может пользоваться настолько поверхностной информацией?
+– А если вернуться непосредственно к футболу: насколько логичными вы считаете итоги российского чемпионата?
– Вряд ли можно сказать, что «Локомотив» – однозначно сильнейшая команда чемпионата 2004 года, это признают и футболисты клуба, и тренер Юрий Семин. «Локо» выиграл концовку сезона, а сильнейшей команды в году, пожалуй, не было – такой вот год, немножко переходный.
+– А что происходит с Романцевым, у которого была команда-лидер?
– Я не знаю, собираюсь посмотреть, что у него получится. Некоторые формулировки меня настораживают. Например, когда он работал со «Спартаком», мог с футболистами основного состава не разговаривать в течение трех-четырех лет. Не потому, что испытывал неприязнь, а просто не разговаривал – и все. Вот Вадим Евсеев говорил, что за все время игры в «Спартаке» он с Романцевым не разговаривал ни разу. А сейчас Олег Иванович, вспоминая свою непродолжительную работу в раменском «Сатурне», сказал, что у него остались прекрасные впечатления. «С некоторыми ребятами до сих пор перезваниваемся», – заметил Романцев. Я не очень представляю, как он перезванивается с ребятами из «Сатурна», если честно. Но это, может, трудности перевода. Самое удивительное, нельзя сказать, что Романцев устарел, что его идеи устарели – он просто сам почему-то перестал быть способен этот футбол практиковать.
+– В мире футбола у вас есть друзья?
– Дима Хохлов – мой близкий товарищ. И Влад Радимов из «Зенита» – мой друг. Я хоть и редко бываю в Петербурге, но мы часто созваниваемся.
+– Читала, вы мечтаете о большой семье, о троих детях. Это оттого, что у родителей вы один?
– Нет, у меня есть старшая сестра Анна… Что до мечты, то мне не кажется, что она нуждается в комментариях. Вот если бы я сказал, что хочу всю жизнь прожить один, это нужно было бы как-то комментировать, а желание иметь семью очень естественно. Если вас интересует, почему именно троих детей, то вообще-то я не думаю о том, сколько их должно быть, потому что пока нет ни одного, а третий раньше второго обычно не рождается.
+– И подруга есть?
– есть, но мы договорились ничего не рассказывать, пока не распишемся.
+– Чем занимается ваша сестра?
– Она работает в… некой фирме, занимается… вы знаете, я боюсь перепутать, но я знаю, что она работает и что все хорошо.
+– Редко с ней общаетесь?
– Наоборот, очень часто. Я могу сказать, что мой папа, например, ученый в НИИ и занимается физикой сверхнизких температур, но должности его я не знаю. А мама моя – врач, сейчас на пенсии.
+– Как получилось, что вы пошли на филологический факультет?
– Мой дедушка был учителем русского языка и литературы, директором школы в Балашихе в 60–70-е годы. Его весь город знал, эта тема – что я его внук – возникала в самых неожиданных ситуациях, особенно когда я что-то неправильно делал – спрашивали «как мне не стыдно?» в этой связи. Я, признаться, и не думал особенно сильно, чем мне заняться в жизни, просто физику, алгебру, геометрию я не слишком тщательно изучал, вот и пошел на филфак пединститута.
+– И оттуда – во «Взгляд», а потом на НТВ?
– Да, у моего папы был друг, у того – дочка, с которой мы общались, потому что наши родители дружили домами – правда, встречались редко, поскольку они жили в Зеленограде, а мы в Балашихе. Потом она решила стать журналистом, однажды я оказался в компании ее знакомых и попал на телевидение. Подружку мою зовут Настя Соловьева, она недавно, по-моему, прекратила свою телепрактику, но ведущая на ТВ-6 была достаточно известная.
+– Так вы институт-то закончили?
– Не сдал последний экзамен и не написал диплом. И мне неприятно, что от этого неприятно моей маме. Может быть, когда-нибудь я об этом пожалею. Я бы и на год раньше ушел из института, но я тогда точно не знал, как бы мне не пойти в армию, и мне пришлось остаться.
Моя подруга вернулась в институт после некоторой паузы: программа же меняется каждый год, и если я сейчас вернусь в институт (а я изучал историю КПСС на первом курсе), мне вовсе не одну сессию нужно будет сдавать. У меня, к сожалению, нет на это времени… Все надеюсь, что кто-то из моего института прочитает эти строки, позвонит и скажет: «Вася, да приходи! Поучиться, конечно, придется, но мы тебе поможем».
+– То есть вы не служили?
– Нет, я в армии не… не учился.
+– Вы кажетесь очень уравновешенным со стороны. Вы и дома такой же?
– Если я очень устал, было бы неплохо, чтобы я оказался в течение первого получаса-часа один. Моя мама знала, что, когда я прихожу домой, меня нужно первым делом накормить и, пока этого не произойдет, лучше меня не трогать. С тех пор многое изменилось, я часто прихожу домой уже сытым, но с полчасика мне нужно побыть одному.
+– Чем закончилась история, когда на вас покушались? (Три года назад на Уткина в подъезде его дома напал неизвестный и два раза ударил его отверткой в спину. – Авт.)
– Этим, собственно, и закончилось. Не знаю, кто, как и почему – дело закрыли со стандартной формулировкой о «невозможности установить личность подозреваемого».
+– А искали?
– Думаю, да. Следователь произвел на меня хорошее впечатление, у меня нет никаких претензий. Просто жаль, что никто не нашелся.
+– Этот случай прошел бесследно?
– Физически, надеюсь, да. По крайней мере, меня ничего не беспокоит. Морально мне случается беспокоиться: иногда пропускаю человека, чьи шаги слышу за спиной, вперед. Но это довольно редко, не могу сказать, что до сих пор чего-то боюсь.
+– зачем вы позволили комик-театру «Квартет И» так издеваться над собой, согласившись в спектакле «День выборов» на роль не слишком умного кандидата в губернаторы?
– Я не вижу в этом ничего плохого, мне очень интересно. Вообще, играть в спектакле приятно, потому что, если у тебя получается хорошо (а мы играем второй сезон, значит, получается), тебе аплодируют, над тобой смеются. В других видах моей деятельности моментальной реакции публики не чувствуется. А то, что неприятный персонаж – ну это же роль. Вы прямо как моя подруга – она пришла на спектакль, ей очень понравилось, но носки, в которых я играл в тот вечер, пришлось выбросить. Она их не полюбила… Правда, они мне с самого начала казались идиотскими, поэтому с удовольствием с ними расстался.
+– Что вас удивило в профессии актера?
– Удивило, что у меня получается. Мы играем эту роль по очереди с Валдисом Пельшем, но весь репетиционный этап пришлось проходить мне, а Валдис подключился позднее. А так получилось, что сразу после того, как мне предложили участвовать в спектакле, поступило предложение вести проект «Голод» – все это совпало по времени, к тому же наступило напряженное комментаторское время, когда все чемпионаты уже начались. Мне пришлось даже взять отпуск, и я помню, что на генеральной репетиции меня не было, потому что я был на съемках «Голода» в Берлине.
Приехал я в день спектакля: на прогоне на месте зрителей сидели друзья, и я ждал, что они будут смеяться, но они практически не смеялись. Очень по этому поводу тушевался… Меня успокоила наша актриса Нонна Гришаева: «Твоя проблема в том, что ты думаешь, что должен что-то сыграть. А ты не должен ничего играть. Просто выходи и говори как есть. Изображать ничего не надо». И все прошло успешно. Но самым сложным в актерском деле для меня остается то, что я могу выступить очень удачно, но не могу запомнить, как это было. А настоящий актер помнит, как это надо сыграть.
+– Жалеете о закрытии проекта «Земля-воздух»? Мне казалось, вам нравилось это ток-шоу.
– Да, жалею. Дело же не столько в музыке, сколько в жанре ток-шоу. Работа в качестве ведущего ток-шоу, пожалуй, самая сложная, она требует моментальной реакции, ставит тебя в непредсказуемые ситуации…
+– А работа комментатора проста?
– Ею могут многие заниматься, но серьезно – лишь единицы. Сложность ее заключается в импровизации – ты должен видеть, что и где происходит, и в любой момент найтись. А другая сложность в том, что надо понимать: зрителю нет дела до комментатора, всех интересует только то, что на поле. комментатор должен знать свое место.
+– Почему вы решили возобновить «Футбольный клуб», популярный в 90-е, только сейчас (первый эфир намечен на 11 февраля) и на «НТВ плюс», а не на НТВ?
– Да потому, что снова стало интересно смотреть российский футбол, во-первых. А во-вторых, в футболе сегодня актуально называть вещи своими именами. По поводу НТВ – если программа получится интересной, он ее возьмет, а пока будем делать проект на «Плюсе», для целевой аудитории.
+– Василий, все ваши нефутбольные увлечения – поиск себя или просто потребность разнообразить жизнь?
– Представьте, «Футбольный клуб» вышел в эфир в 1994 году – мне было 22 года. У нас сейчас люди постарше работают и считаются молодыми. Поэтому меня, как любого человека, очень рано добившегося успеха, волновала проблема: ну что я, до 60 лет буду этим заниматься? Я думал, что это просто этап в моей жизни. Тем более что работа спортивного комментатора ограничена – мне не нужно каждый день этим заниматься, у меня много остается нерастраченных сил, времени – такова специфика этого дела. И в какой-то момент я понял, что могу совмещать работы, но основная, которая доставляет мне самое большее удовольствие, – комментировать футбол. Может быть, можно сказать, что прошел так называемый кризис среднего возраста. Но на самом деле событием явилось то, что я понял: с «НТВ плюс» я никуда не уйду, хотя предложения были.
+– У нашей сборной есть шанс не позорно проиграть 9 февраля итальянцам?
– Почти нет. Сейчас у нас не сезон, да еще ряд сильнейших игроков не смогут приехать. А Италия есть Италия. Это не означает, что у нас плохая сборная, просто с Италией мы неважно сыграем любым составом и в любое время.
+– Почему тогда люди каждый раз надеются на чудо?
– Потому что люди смотрят футбол время от времени и не разбираются в тонкостях.
+– А вы можете предсказать результат любого матча?
– Нет, я вообще не люблю этим заниматься. Это же неинтересно – смотреть футбол, когда ты уже решил, чем он закончится. Бывает, конечно, когда наблюдаешь матч ради какого-то иного интереса… Вот я сейчас обязательно вам расскажу про Радимова: он всегда говорит о пари, которые я ему проигрываю. А я вам скажу, что мы с ним постоянно спорим на чемпионат Испании. Я у него недавно выиграл 10 пари подряд! Он в Испании играл 6 лет, а я у него выиграл!
+– На что спорили?
– Долларов на 100–200, немного. Я однажды ему проспорил ресторан на четверых, это правда. Так вот теперь я считаю, что отыгрался. (Обернувшись на экран.) Ну, давай! Гол!
Лэмпард забил пенальти, а Уткин так и не понял, кого из игроков «Челси» сбил футболист «Тотенхема» в своей штрафной: «Ну вот, пропустил». Это все из-за меня!
Василий Уткин Фото: Александр Вильф / РИА Новости
Посмотреть фото
| Родился: | 06.03.1972 (54) |
| Место: | Москва (SU) |
| Высказывания | 296 |
| Новости | 14 |
| Фотографии | 17 |
| Анекдоты | 1 |
| Обсуждение | 10 |
