Ева Мендес приоткрыла завесу тайны: как на самом деле выглядят их свидания с Райаном Гослингом
21.04.2026 02:42:59
+— Первый вопрос, который, вероятно, возникает у каждого твоего нового знакомого, — почему ты увлеклась таким непривычным для девушки занятием?
Татьяна: Можно сказать, что я хотела кому-то что-то доказать, однако на самом деле получилось все абсолютно случайно. С детства очень любила заниматься спортом: плавала, увлекалась прыжками в воду, танцевала… В девять лет мама записала меня в секцию школы каскадеров, где я нахожусь вот уже десять лет. Сейчас, правда, не учусь, а, наоборот, преподаю технику трюков.
+— Помимо экстремального увлечения чем еще занимаешься?
Т.: Учусь в институте на коррекционного педагога. Человек этой специальности занимается с умственно отсталыми детьми. Недавно увлеклась подводной стрельбой. Помимо всего прочего, тренируюсь в институтской группе восточных единоборств.
+— Чем, по-твоему, ты отличаешься от ровесников?
Т.: Не знаю. Разве что тем, что у меня есть определенный интерес. Большая часть молодых людей любят просто тусоваться по клубам. А я, кроме этого, могу заниматься еще чем-то. Недавно, например, впервые поехала на турнир по тяжелому фехтованию и сразу заняла третье место.
+— Как реагируют люди, когда узнают о твоем хобби?
Т.: Сначала их, конечно, это шокирует, однако потом становится интересно. А сейчас многие знакомые, школьные одноклассники и институтские сокурсники приходят на выступления поболеть за меня. Хотя сами заняться этим отказываются наотрез.
+— Каскадер — это работа или стиль жизни?
Т.: Конечно, это работа. Но иногда это просто желание сделать что-то экстраординарное. По большому счету — и то и другое. От обычной работы это увлечение отличается едва ли не наркотической зависимостью. Сейчас я не представляю себя без фехтования, «горения» и тому подобного.
+— А первый свой трюк помнишь?
Т.: Да. Это было горение руки — от запястья до локтя. Помню, было безумно страшно, но сильнее страха было желание попробовать это сделать. А сейчас я специализируюсь на высотных трюках, начиная от веревочных элементов, кончая прыжками с большой высоты, и занимаюсь «горением». Кстати, сейчас мы с подругами поставили рекорд, прыгнув с высоты… хм, забыла! Честно говоря, мы так перепугались, что было не до этого. Помню только, что высота была больше сорока метров. После этого мы подумали и решили в следующий раз подать заявку в Книгу рекордов Гиннесса.
+— Как ты оцениваешь уровень российских и западных каскадеров?
Т.: Зарубежные каскадеры больше перестраховываются и тщательней подготавливаются к трюкам. У них есть самые новейшие средства и технологии. А в России этому уделяется ничтожно мало внимания и денег. Разрабатывать и покупать все приходится на свои деньги. А это, как ты понимаешь, довольно дорого. Что касается профессионализма, то степень подготовки у нас и у них одинаковая. Просто за рубежом это поставлено на более высокий уровень.
+— Как думаешь, через некоторое время ты бросишь свое увлечение?
Т.: Честно говоря, я даже не думала об этом… Вряд ли смогу отойти от дел. Трюковое дело — занятие очень многогранное. Каскадер вполне может стать постановщиком, человеком, который придумывает и просчитывает трюк. Это целая наука — как правильно выбрать место, измерить расстояние, чтобы человек не пострадал.
+— В свете твоего увлечения приходится себя ограничивать в чем-то?
Т.: Да. Перед работой строжайшим образом запрещено пить. Всем, кто приходит к нам впервые, мы делаем это предупреждение. Человек не допускается к работе, даже если от него просто пахнет пивом. Некоторые сначала обижаются на такие правила, однако после первого трюка все понимают.
+— Скажи честно, ты испытываешь страх перед выходом?
Т.: Все боятся — это естественно. Если страх отсутствует, то это не каскадер, а душевнобольной. Маленький страх должен быть даже перед обычным показательным боем на оружии. Если, например, человек не прыгнул первый раз, то лучше подождать и через какое-то время попробовать снова. Есть время подумать, нужно ли тебе это вообще?
Татьяна Ложкина - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
