Железный Феликс возвращается: Академии ФСБ присвоили имя Дзержинского
22.04.2026 20:26:38
Тоня Кошель росла в небольшом городке Смолевичи и мечтала стать балериной. Часами крутилась у зеркала, в струнку вытягивая ножку. Однажды она потребовала, чтобы родители отдали ее в минскую балетную школу. Просмотр в хореографическом училище при Театре оперы и балета действительно состоялся. Когда первые два тура отбора были позади, десятилетняя девочка уже видела себя гордой лебедушкой в белоснежной пачке на большой сцене. Однако после третьего испытания был вынесен вердикт: «Ноги слабые, шаг большой, для балета она не подходит».
Антонина вернулась домой расстроенная и подумала: «Раз не получается с балетом, надо попробовать себя в гимнастике». На протяжении двух лет она растягивалась на шпагат, училась исполнять сальто и винтовые прыжки в родных Смолевичах под руководством Виталия Зицирмана. Потом решила, что пора пробиваться в Минск в спортивный интернат. Из этой затеи опять ничего не вышло. В 1967 году обучение там было платным, поэтому на родительском совете ее инициативу не поддержали. На то были все основания: в семье Кошель росло пять дочерей. Антонина была средней и единственной спортсменкой. Лить слезы долго не пришлось: вскоре из столицы за ней приехал тренер, преподававший в интернате спортивного профиля. Это было даже не второе знакомство. Двумя годами раньше Виктор Сергеевич Хомутов работал в приемной комиссии хореографического училища, которая бесцеремонно «отсеяла» Тоню.
В 1970 году никому не известная пятнадцатилетняя Антонина выиграла четыре первых места на молодежном первенстве СССР и, минуя юношеский состав, органично влилась в основную сборную Союза. В те годы белорусская школа спортивной гимнастики пугала конкурентов из других республик обилием восходящих звезд. В 1971 году наши гимнастки – победители в командном зачете на Спартакиаде народов СССР. И с этого момента кандидатура Антонины Кошель вполне подходила на роль запасной для участия на Олимпийских играх в Мюнхене. От старта к старту Тоня терпеливо доказывала, что ее место в семерке сильнейших.
В апреле 1972 года проходил последний отборочный чемпионат СССР в Москве. В предстартовый день она была полна сил, энергии и в прекрасном настроении. В день соревнований с утра отправилась на разминку. На остановке почувствовала резкое недомогание и упала в обморок. Ее подхватили под руки подруги по сборной Тамара Лазакович и Людмила Турищева и привели в гостиничный номер, уложили в постель и побежали за тренером. Когда столбик термометра остановился на отметке 39, Виктор Сергеевич подавленным голосом прошептал: «Ну что, Тошка, закончились наши мучения?..» Потом, как бы очнувшись ото сна, приготовил ученице бульон, дал таблетку аспирина и принялся ждать результата.
Свидетели случившегося договорились не сообщать об этом ни главному тренеру, ни врачу сборной СССР. Тоня настаивала на своем: «Я обязательно буду выступать». К вечеру жар не спал, но она мобилизовала все свои силы. Без выхода на разминку стабильно отработала все снаряды и заняла шестое место. Никто из судей и не подозревал, в каком критическом состоянии находится подопечная Виктора Хомутова. А ей казалось, что земля предательски уходит из-под ног. Только после церемонии закрытия соревнований о болезни Антонины доложили главному тренеру. Лариса Латынина не смогла скрыть своего восхищения: «Если спортсменка не дрогнула, значит, ей можно доверять» и в своем дневнике напротив фамилии Кошель поставила большой плюс.
За сорок дней до Олимпиады Антонину пригласили на заключительный сбор в Минск. За выполнением каждого элемента гимнасток пристально следила комплексная научная бригада, выявляя наиболее надежных бойцов. Антонина избежала нелепых падений и попала в основную семерку, отъезжавшую в Мюнхен. Однако только шесть гимнасток имели право выйти на помост.
Лариса Латынина, Юрий Титов и Виктор Чукарин совещались очень долго. Сначала им казалось, что предпочтительнее шансы у перспективной Нины Дроновой из Грузии. Пожалуй, больше всего их смущало представительство третьей белоруски в команде. Нина Дронова это чувствовала и чрезмерно расслабилась, к тому же за последнюю неделю набрала лишний вес. За два дня до начала Игр-72 вопрос о шестом номере был снят в пользу Антонины Кошель. Но окончательный состав команды тренеры объявили перед отбоем накануне старта. Ночь прошла в полудреме, гимнастка тысячу раз прокрутила элементы в голове. Ей предстояло первой выйти на помост на вольных упражнениях и бревне и задать нужный тон для командного успеха. «Забойщица» не имела права ошибаться, но надежная партнерша с устойчивой психикой не могла рассчитывать на высокие личные места. Она знала, что в командной гимнастике оценки по номерам выступающих идут по нарастающей. Согласно жребию последним снарядом было бревно. В затылок советской сборной дышала команда ГДР. Антонина вышла смело, с легкостью взлетела на снаряд и ни разу не покачнулась. Ее вклад в «золотой» успех недооценивать невозможно.
Выступление легендарной шестерки еще долго обсуждал весь спортивный мир. Позже Антонина призналась, что еще около года опасалась выполнять все сложнейшие сальто. В 1975 году уроженка городка Смолевичи с честью покинула помост после второй победы в командном зачете на Спартакиаде народов СССР. Но в белорусской гимнастике она осталась навсегда. В настоящее время Антонина Владимировна Кошель работает государственным тренером в Министерстве спорта и туризма.
Антонина Кошель - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
| Родился: | 20.11.1954 (71) |
| Место: | Смолевичи (SU) |
