После ночи, проведённой с дамой,
Ощутил в себе я дискомфорт.
Это всё - последних триста граммов,
Из-за них всё это, в рот компот!
Лучше бы я с кем-нибудь подрался,
Лучше бы я вышиб чью-то дверь,
Трезвый-то я разве б с ней остался,
С рожей блядской?.. Да чего теперь!

"Огонёк" открыл - статья о СПИДе,
Как назло, мне лезет на глаза.
Это, видно, Бог меня обидел,
Он всё видит, вот и наказал.

Про февраль, конечно, не забыл он,
Я тогда на совесть загулял,
Восемь баб, а может, девять было
За три дня. Ох, я переживал!
Умолял, - Бог, отведи напасти.
Проклинал и водку, и разврат.
Бог отвёл, а я опять у Насти
С кем-то там... И вот он - результат.

В "Комсомолке" вновь о СПИДе пишут,
Я схожу, наверное, с ума,
Еду на метро, а сзади слышу
"-Для спидеев строится тюрьма".

Что мне было делать - в диспансере
Сдал анализы и ждал свой приговор,
Через три дня вновь притопал к двери,
За спиной неся пудовый гроб.
Доктор сыпал терминами прытко,
И пока я слушал его речь,
Растеклась по лицу улыбка
И гора сползала с моих плеч.

Мне плевать, статей о СПИДе - веер,
Мой диагноз до смешного прост -
Острая, родная гонорея,
И родной до слёз трихомоноз!