Там в семье прокурора, в безмятежной отраде,

Жила дочка - красотка с белокурой косой,

Как отец, горделива и прекрасна собою,

С голубыми глазами и открытой душой.



Было ей восемнадцать, никому не доступна,

Понапрасну ребята увлекалися ей -

Никогда не посмотрит, не подарит улыбки

И с каким-то презреньем все глядит на парней.



Но однажды на танцах горделивый и быстрый

К ней шикарно одетый подошел паренек -

Горделивый красавец из преступного мира

Поклонился ей в ноги и увел за собой.



Было много там водки, было много веселья,

Только вдруг отчего-то загрустил паренек:

Ничего он не хочет, ничего не желает,

Только тело красотки, только водку лишь пьет.



Но судьба воровская меняется часто:

То тюрьма, то свобода, то опять лагеря...

И в один понедельник, в этот вечер ненастный

Он спалил на балу и ее, и себя.



Там за красным столом, одураченный дымом,

За стаканом стакан воду пьет прокурор,

А на черной скамье, на скамье подсудимых

Сидит дочка красотка и молоденький вор.



Попросил он свободы попрощаться с женою,

Попрощаться с женою на одну только ночь,

И отец согласился, обливаясь слезою,

Ведь не думал отец, что судить будет дочь.

И отец согласился, обливаясь слезою,

Ведь не думал отец, что судить будет дочь...