Ты

Кровать пуста;
лишь ароматы,
твоих духов,
заполнили весь дом: --

от тела страстного,
что нежилось когда-то... --
со мной...

Да, были мы вдвоём.

В любовных играх,
ласкам потакая,
я растворялся в близости твоей --

В оргазме,
тело покидая,
душа стремилась в запертую дверь...

Холодный дом;
согреть его не в силах,
без жара,
твоих милых глаз...

и страсть речей твоих,
уныло,
вновь вспоминаю я сейчас,

что с жарких уст твоих слетали,
шепча восторженный порыв,

и в страсти,
нежно целовали... --
лишь возбуждая мою прыть.

Бесшумный вечер;
шорохов не слышно,
не говоря о радости твоей,
что смехом и болтливыми речами,
покоя не давали...

Дверь...
не заперта,
как прежде --
на распашку,

но вновь в неё она не постучит.

Закинул свою грязную рубашку.
А под комодом... --
там её ключи: --
в истерике заброшенные дамой.

Желания...
Порой не по карману,
свой эгоизм мечтаний обольстить,
но без которого никто мы...

Как же быть?


***
Вновь, тихий вечер;
такое лёгкое и ровное дыханье,
теплом парит,
и жаром обдаёт моё лицо...

В любви возвышенной, признанье,
её на крыльях принесло
в мой дом пустой,

порой холодный --
унылый --
в грусти, не живой,

который (было)
опостылел: --
как не родной --
совсем не свой...


Душевный Рай;
покой миротворенья
меня на подвиги любовные влечёт.

А была ли тоска?
иль это лишь забвенье,
и пелена сумятицы в глазах...