I

В одно осеннее утро,
когда пары поднимают,
Хуан и 'индеец' мулов
в упряжки свои запрягают.
Мартин в огороде остался,
он там сорняки вырывает.

II

В одно осеннее утро,
когда на полях все пашут,
по холмику, - виден он ясно
на утреннем небе, - упряжка
Хуановых бурых мулов
вперед продвигается тяжко.

Репейник с чертополохом,
лопух и какие-то прутья
вросли в проклятую землю, -
ни заступ, ни нож не берут их.

Напрасно врезается лемех
кривого дубового плуга
глубоко в землю; похоже,
что движется он по кругу:
он вскроет землю, и тотчас
она смыкается туго.

'Когда убийца за плугом, -
не пахота, а кручина:
еще борозды не проложит,
как лоб прорежет морщина'.

III

Мартин, - в огороде он рылся, -
устав от своей работы,
на миг оперся на мотыгу;
покрылось холодным потом
его лицо.
На востоке
луна полнощекая встала,
запятнана облаком красным;
свой свет она изливала
на изгородь.
В жилах Мартина
от ужаса кровь застыла.
Он в землю вонзил мотыгу,
и кровью мотыга покрылась.

IV

Купил 'индеец' ту землю,
где он когда-то родился,
на девушке очень богатой
и очень красивой женился.

Он стал владельцем усадьбы
Альваргонсалеса: братья
ему все продали: поле,
и дом, и улей, и садик.