Весна пустынна.
Бархатно-тёмная канава
ползёт рядом со мной
без отражений.
Единственное что светится -
жёлтые цветы.
Тень несёт меня
словно скрипку
в чёрном футляре.
Единственное что я хочу сказать
блестит вне пределов досягаемости
как серебро
у ростовщика.
Из моей одежды
льется голубое сияние.
Зимнее солнцестояние.
Звенят тамбурины льда.
Я закрываю глаза.
Есть беззвучный мир
есть щель
где мертвых тайно
переправляют через границу.
Похороны случаются
все чаще и чаще
как дорожные указатели
когда приближаешься к городу.
Взгляды тысяч людей
в стране длинных теней.
Мост возводится
медленно
прямо в космос.
За стеклом террариума
рептилии
странно неподвижные.
Женщина развешивает белье
в тишине.
Смерть - это безветрие.
В глубины земли
скользит моя душа
тихо как комета.
Я должен переступить
через темный порог.
Зал.
Светится белый документ.
С множеством движущихся теней.
Все хотят его подписать.
Пока свет не догнал меня
и не сложил время как лист.
В царстве холода
к северу от музыки
провода бегут.
Солнце сейчас низко.
Наши тени - великаны.
Скоро все станет тенью.
Присутствие бога.
В тоннеле птичьей песни
открывается запертая дверь.
В скальном уступе
пролом в волшебной стене.
сон – это айсберг.
Автобус ползет сквозь зимний вечер.
Светится, словно корабль в хвойном лесу,
Где дорога – узкий, бездонный, мертвый канал.
Пассажиров мало: пара стариков, пара совсем юных.
Остановись он и выключи фары –
Мир исчезнет.
Испытующий взгляд превращает солнечные лучи
в полицейские дубинки.
А вечером: грохот вечеринки из квартиры cнизу
пробивается сквозь пол как цветы не из этого мира.
Ехал по равнине. Мрак. Машина, казалось,
застыла на месте.
В звездной пустоте вскрикнула антиптица.
Солнце-альбинос стояло над мчащими
темными водами.
Человек - вывороченное дерево
с каркающей листвой и молния
по стойке смирно - видел, как зловонное чудище-
солнце вздымалось, хлопая крыльями на скалистом
острове мира, и неслось за флагами из пены
сквозь ночь
и день с белыми морскими птицами галдящими
на палубе и все - с билетами в Хаос.
Чуть задремлeшь - услышишь отчетливо
чаек воскресный
звон над бесконечными церковными приходами
моря.
В кустах заводит свои переборы гитара и облако
медленно плавно плывет как зеленые сани весны -
ржет запряженный свет -
скользит к нам по льду приближаясь.
Проснулся от стука каблуков любимой,
а на улице два сугроба как варежки что забыла зима
и над городом кружатся падающие с солнца листовки.
Дорога, кажется, никогда не кончится.
Горизонт убегает в спешке.
Птичий всполох на дереве. Пыль взметается у колес.
У всех колес, спорящих со смертью!
Зовется место болотом Якоба -
это летнего дня подвал
где свет скисает в напиток
с привкусом старости и трущоб.
Гиганты бессильные тесно спеленуты
чтобы с них ничего не упало.
Гниет там сломанная береза
прямая как догма.
Со дна леса встаю я.
Светлеет между стволов.
Льет дождь над моими крышами.
Я - сточный желоб для впечатлений.
На опушке воздух теплый.
Большая ель, темна, стоит спиной
зарывшись мордой в чернозем
пьет тень дождя.
Небо стало таким серым что
земля сама начинает светиться:
луга с их робкой зеленью,
пашни цвета кровяного хлеба.
Вот красная стена сарая.
А там затопленные водой участки
как белые рисовые поля где-нибудь в Азии,
там замирают чайки - и вспоминают.
Туманные пустоты посреди леса
тихо перекликаются друг с другом.
Творящий дух, что живет укромно
и бежит в лес, как Нильс Даке[1].
I
В конце дороги я вижу власть
и она похожа на луковицу
с лицами-шелухой
они облетают слой за слоем...
II
Театры пустеют. Полночь.
Буквы горят на фасадах.
Тайна неотвеченных писем
падает сквозь холодное мерцание.
Он отложил ручку в сторону.
Она тихо лежит на столе.
Она тихо лежит в пустоте.
Он отложил ручку в сторону.
Слишком о многом нельзя ни написать, ни умолчать!
Он парализован тем, что происходит далеко отсюда,
хотя чудесный его саквояж бьется как сердце.
На улице - скоро лето.
В кустах кто-то свистит - человек или птица?
И вишни в цвету гладят ветвями
вернувшиеся домой грузовики.
Проходят недели.
Медленно наступает ночь.
На окно садятся мотыльки:
крохотные белые телеграммы планеты.
Советских актёров часто ставят в пример как образец духовной силы, национальной гордости и внутренней красоты. Они стали символами эпохи, носителями культуры и нравственности. Но, как известно, за кул...
Актеры — люди творческие, но кто бы мог подумать, что некоторые из них скрывают прекрасный голос. В эпоху раннего Голливуда актеров с музыкальными способностями было немало — это считалось скорее норм...
Неузнаваемая Ким Кардашьян в объективе фотографа Маркуса Клинко, 2009 год. Памела Андерсон в самой первой съёмке для журнала «Playboy», 1990. На фото голливудская актриса Dorothy Lamour и шимпанзе Джи...
Расскажем, как сложилась судьба актеров, которые начинали сниматься еще в детстве.
Остаться на вершине в Голливуде удаётся не каждому, особенно если путь начался в детстве. Одни актёры теряются из-за...
Два года назад отечественное телевидение столкнулось с беспрецедентной кадровой тектоникой — целая группа ярких и узнаваемых ведущих стремительно исчезла с экранов федеральных каналов. Эти лица долгие...
Кира Найтли на страницах журнала к выходу фильма «Пиджак», 2005. Следы динозавра, раскопанные в русле реки Палакси. Техас. США. 1952г. Самая большая женщина рядом с самым маленьким мужчиной, 1922 год....
