Ты писем от меня не жди.
Мне трудно в письмах жить душою.
Огонь, бушующий в груди,
В них меркнет, слово в них чужое.
Как будто кто-то за меня
Писал их, избежав признаний.
Сердечного стыжусь огня,
Стыжусь рассказанных страданий.
Но таинство, но волшебство -
Поэзия - преград ей нету:
В ней, скрытое от одного,
Звучит, всему открыто свету.
Не надо, милый, клятв, ведь это слепота —
Сегодняшнему дню грядущий дать в залог.
Поверим в этот миг — он истинно высок,
А ждать, искать, молить не будем никогда.
Близки и далеки, как будто две звезды,
Давай любить легко — как будто не любя.
Ведь столько есть цепей! Так новых для себя
Давай не принесём в него ни я, ни ты.
Я образ твой хочу сберечь.
Я не хочу с тобою встреч.
Порой спешу с пути свернуть,
Чтоб не столкнуться где-нибудь.
Да, я хочу, любимый мой,
Чтоб жил ты в памяти моей
Таким, как был ты той зимой,
Той давней ночью без огней.
Чтоб как тогда меня любил
И той же синью цвёл твой взор,
Чтоб ты нежнее снега был
И жёг сильнее, чем костёр.
Чтоб снова таяла зима
От жарких губ, от слов твоих,
Чтоб вновь я верила сама
В неповторимость смысла их!
Казалось мне тогда — ты мог
Забыть и славу и себя,
И мир восторга и тревог
К ногам моим сложить любя.
Я образ твой хочу сберечь,
Я не хочу с тобою встреч,
С тобой, потухшим, серым, злым…
Ступай один путём своим.
Была добра любовь моя,
Великодушна, терпелива.
Тебя благословляла я
И в жесточайший миг разрыва.
Моя тоска была светла,
В мученьях ревности беззлобна,
И всё, что зависти подобно,
Испепелила я дотла,
Чтобы душе не жить без света.
А нынче мелким ручейком
Сама себе кажусь, когда я,
Холодный взгляд поймав тайком,
Лишь холодею, не страдая,
Сама свидание прерву,
Когда предчувствую разлуку,
И первой протяну я руку,
Но не прощаю, не зову,
И думаю — любовь ли это?..
Ты был холодным, белым, как зима,
Любовь моя и та не растопила
Твой вечный лёд. Но близ тебя сама
Замёрзла я, хоть пламенно любила.
Суровой та зима ко мне была,
И в тёплом доме сердце леденело,
И грусть, как хлопья снежные, бела,
На жизнь мою ложилась то и дело…
Но время шло. Под солнцем таял снег,
Весна несла восходов полыханье,
А ты всё мерз, холодный человек,
От своего холодного дыханья.
Весна, весна! Она лишь к тем идёт,
Чьё сердце — словно в половодье реки.
Восторг и грусть, кипенье вешних вод…
Весна! Весна! Ты мне дана навеки.
В дыму горючем горького прощанья
Твоей вины огонь гасила я.
Как часто ревность мучила меня.
Её душила я без содроганья
В дыму горючем горького прощанья.
И этот дым клубился столько раз,
Что в нём огонь любви моей погас…
Встречаться нам не доводилось.
Кто ты? Тебя не знаю я.
Так отчего ж, скажи на милость,
Не оставляешь ты меня?
Слыхала я, что красотою
Особою не блещешь ты,
Что у тебя лицо простое
И лишь глаза ясны, чисты…
Какие же дары незримо
Душа твоя таит в себе,
Что он избрал тебя любимой,
Единственной в своей судьбе?
Я полюбить его успела.
Как любят солнце — издали,
И сердце расцвело несмело,
Как в тёплый день цветы земли.
Недолговечно это чудо,
Без солнца не цветут цветы,
И с горечью я позабуду
Его слова, его черты…
Но будь достойна этой боли,
Люби его ещё сильней,
Люби великою любовью —
Своей любовью и моей!
Ты — первый огонек меж первых двух кремней,
Ты — движущийся блеск неоновых огней.
Неуловимая от самых давних дней,
Лилит, Лилит!
От века скрытая в душевной глубине,
Всегда как в облаке, как в дымке, как во сне.
Вдвойне желанная, бесценная вдвойне,
Лилит, Лилит!
В теснинах сердца ты как праздничный тайник,
Родник влечения, сомнения родник.
Падение и взлет, блаженства краткий миг,
Лилит, Лилит!
Здесь — и земля и хлеб, а ты - порыв мечты.
Ты — где-то, и твои изменчивы черты.
Воспламененная , испепеляешь ты,
Лилит, Лилит!
Здесь — тихий, теплый кров, а ты — пустырь, простор,
Здесь — тлеющий очаг, а ты — лесной костер,
Здесь — примирение, а ты — извечный спор,
Лилит, Лилит!
Непризнанная, ты всему и всем чужда.
Здесь — Ева. Здесь — плоды. Твой цвет не даст плода.
Меж небом и землей одна, одна всегда,
Лилит, Лилит!
Ушел…
Но знаю всей душою –
Нам друг от друга не уйти.
Я знаю, я всегда с тобою,-
Я перекрою все пути!
Я – дом твой, я – твоя дорога,
Ты ходишь с именем моим.
В тебе меня настолько много,
Что нету места там другим.
И сколько б женских глаз ни встретил –
Мои глаза увидишь в них.
Я для тебя одна на свете,
И тут не может быть других.
И чьи б ни слышал голоса ты –
Услышишь в них меня одну.
Коснусь тебя ветвями сада,
Глазами полночи взгляну.
Когда домой вернешься поздно,
Ты снова вспомнишь обо мне.
Я стану дымом папиросным,
Я стану звездами в окне.
Через любые километры
До сердца сердцем дотянусь.
В окно влечу я нежным ветром.
Закроешь – бурею ворвусь!
Есть у любви своя отвага!
Влетев в твой дом, в твой мир, в твой быт,
Смешаю все твои бумаги,
Всю жизнь смешаю может быть…
Не смеешь ты меня забыть!
Идёшь ты мимо дома моего,
Такой холодный и чужой такой,
А я ищу тебя лишь одного
В чужом дому с надеждой и тоской.
Кому попало на своём пути
Меня готов ты выдать каждый миг…
Трепещет имя на устах моих,
Но вслух его боюсь произнести.
Твоя душа – гостиница, мой друг,
Легко войдёт и выйдет человек.
Как в крепости, в душе моей навек
Закрылся ты, в неё ворвавшись вдруг.
Порой тебе завидую до слёз,
Собой недовольства не тая,
Что в жизни встретить довелось
Любовь тебе такую, как моя.
С такою силой я любила,
В таком жила сплошном огне,
Что сердце недовольно было
И говорило сердце мне:
'Как я могу вместить так много
Богатства чувства твоего,
Так много счастья и тревоги,
Прощений, ревности - всего?'
Увы, теперь, когда мне больно
Знать, что в душе покой и тишь,
Сама я сердцем недовольна:
'Зачем спокойно так стучишь?
Без радостей и без печалей
Как я могу на свете жить?
Ведь мы с тобой не отстучали!
Давай любить! Желать! И жить!'
Не заставь меня плакать, - я плакала много, любимый.
И не думай напрасно, что я холодна и надменна.
Мне изранили сердце, и в шрамах оно постепенно
Отвердело, но больно ему от ожога, любимый.
Безоглядно я шла, доверялась открыто и прямо,
Но как часто встречала я с горечью неодолимой
Камень вместо сердец, я же верила в сердце упрямо.
Нелегко мне досталась прямая дорога, любимый.
Мне бы тихо уснуть, по-ребячьи склонясь головою
На колени твои - отдохнуть от тоски нестерпимой.
Тайный свет сбереги, озаряющий сердце живое -
Вечереет мой день, уже ночь на пороге, любимый.
Я слабой была, но я сильной была,
Я зла не творила, а каялась долго,
Небрежно, небрежно жизнь прожила -
Подобно ребенку, царице подобно.
Мне надобно было воскликнуть: 'Постой!
Продли мою жизнь! Дай побыть молодою!'
Сказала: 'Ступай! Этой ночью пустой
Дай мне посмеяться над нашей бедою!'
Я верила чаду речей и лица,
Когда же мне в них обмануться случилось,
Сама отвела я глаза от лжеца,
И это была моя месть или милость.
Вовек не искала того, что нашла,
А то, что нашла, потеряла навеки.
Богатством утрат возгордилась душа,
Надменно отринув хвалу и наветы.
Я слабой была, но я сильной была,
Я зла не творила, а каялась долго,
Небрежно, небрежно жизнь прожила -
Подобно ребенку, царице подобно.
Не пришёл ты… И ночь почернела в тоске.
Вот и сердце моё, как пустой переулок.
Лишь клюёт тишину чей-то шаг вдалеке,
Чей-то шаг запоздалый, тревожен и гулок.
Я надеюсь ещё. Я впиваюсь во тьму,
Я ловлю, как шаги нашу улицу мерят,
Вот всё громче, всё ближе к крыльцу моему,
Вот сейчас подойдут и затихнут у двери…
Но шаги, удаляясь от двери моей,
Раздаются в тиши всё спокойней и строже…
И болит моё сердце сильней и сильней,
Будто топчет сейчас его каждый прохожий
Ты любил, но всё мне было чуждо:
В тягость были нежные признанья,
Преданность была смешной, ненужной,
Встречи лишены очарованья.
Мне сказали, что в разгаре боя
Ты погиб… немилый мой, но милый,
Как же попрощаться мне с тобой -
На чужой земле твоя могила.
Как раскаянье меня отныне
Обличает горько и сурово,
Словно оскорбила я святыню,
Не сдержала клятвенного слова.
Жизнь ты отдал страждущей отчизне…
Как мне жить с безжалостной ошибкой,
Как мне жить, когда тебя при жизни
Не дарила доброю улыбкой!
Отыскать бы мне твою могилу,
Высказать бы в муке нестерпимой
Всю любовь, которой обделила,
Обделила я тебя, любимый!…
Любовь большую мы несем,
Но я - к тебе, а ты -к другой,
Опалены большим огнем,
Но я -твоим, а ты другой.
Ты слова ждешь, я слова жду,
Я от тебя, ты от другой.
Твой образ вижу я в бреду,
Ты бредишь образом другой.
И что уж тут поделать, раз
Самой судьбе не жалко нас,
Что нас жалеть? Живем любя,
Хоть ты -другую, я -тебя....
Нет! Я видеть тебя не хочу!
Если очи стану искать-
Веки темные опущу.
А язык мой тебя назовет-
Я зубами его прикушу:
“Замолчи, не шепчи, сумасброд!”
Ну а если из сердца крик?
Если сердце начнет тебя звать,
Как мне сердца унять язык,
Как язык мне сердца унять?
Полюбила - не привязал
Сердце стыло -не приласкал.
Уходила - не удержал.
а забыла - не вспоминал.
быстрину судьбы не измерил.
и грядущей грозе не поверил.
Что ж зовешь - я прийти не могу.
Я давно на другом берегу.
Я поведу плечом надменно, гордо,
Я выдержу, тебя не стану звать,
О если б люди знали как мне горько!
Но этого никто не должен знать!
не от смущенья опустив ресницы,
иду среди чужих и незнакомых лиц.
Пусть все вокруг пылает и дымится.
лишь только б дым не шел из под ресниц!
Живи как хочешь, я мешать не буду!.
Швырну в огонь движением руки.
Плоды ожесточенья - песен груду,
Хоть словно дети, мне они близки.
Живи как хочешь, я мешать не буду!
Что песни? Простор для сердца тесен.
Душа щедрей, душа богаче песен.
И если ты мне встретишься с другой,
Не поглядев сверну с твоей дороги,
Чтоб тени угрызенья иль тревоги,
Не вызвал ненароком облик мой.
Живи как хочешь, я мешать не буду
Советских актёров часто ставят в пример как образец духовной силы, национальной гордости и внутренней красоты. Они стали символами эпохи, носителями культуры и нравственности. Но, как известно, за кул...
Актеры — люди творческие, но кто бы мог подумать, что некоторые из них скрывают прекрасный голос. В эпоху раннего Голливуда актеров с музыкальными способностями было немало — это считалось скорее норм...
Неузнаваемая Ким Кардашьян в объективе фотографа Маркуса Клинко, 2009 год. Памела Андерсон в самой первой съёмке для журнала «Playboy», 1990. На фото голливудская актриса Dorothy Lamour и шимпанзе Джи...
Расскажем, как сложилась судьба актеров, которые начинали сниматься еще в детстве.
Остаться на вершине в Голливуде удаётся не каждому, особенно если путь начался в детстве. Одни актёры теряются из-за...
Два года назад отечественное телевидение столкнулось с беспрецедентной кадровой тектоникой — целая группа ярких и узнаваемых ведущих стремительно исчезла с экранов федеральных каналов. Эти лица долгие...
Кира Найтли на страницах журнала к выходу фильма «Пиджак», 2005. Следы динозавра, раскопанные в русле реки Палакси. Техас. США. 1952г. Самая большая женщина рядом с самым маленьким мужчиной, 1922 год....
