Из глубины сарайчика фонарь
Высвечивал двоих в дверном проеме,
Отбрасывая их косые тени
На стены дома. В окнах все темно.
Переступала лошадь по настилу,
Покачивался тихо верх двуколки,
Подтягивал мужчина колесо,
А женщина вдруг вскрикнула: 'Стой! Кто там?'
И шепотом: 'Когда фонарь качнуло...
Я видела мелькнувшее лицо!
Да-да, вон там, в кустах, что у дороги!
И ты, конечно, видел?'
'Ничего.
Лицо?'
'Конечно?'
'Да не может быть!'
'Взгляну-ка, Джо. А то и в дом-то страшно.
Оставить это просто так нельзя.
Закрыты ставни, вроде все в порядке.
Замки висят... Привыкнуть не могу
Домой вот так в потемках возвращаться.
Прозвякал слишком громко ключ в замке,
И кто-то этим был предупрежден.
Хозяин в дверь, а он скорей в другую!
Пусти меня!'
'Да он убрался прочь!'
'Ты думаешь, что здесь проезжий двор! -
Забыл, где мы? Ну да, чего же проще?
Он просто здесь гуляет по ночам!
Он там, в кустах! Зачем он затаился?'
'Сейчас не так уж поздно, хоть темно.
Ты говоришь, а на уме другое.
А выглядел он как?'
'Ну как? Обычно.
Не выяснив, я не смогу заснуть.
Дай мне фонарь!'
'Фонарь тебе не нужен'.
Фонарь она у мужа отняла.
'Уж я сама, и ты туда не суйся.
На этот раз пора его поймать!
Я пропишу ему! Какого черта?
Там что-то шевельнулось... Не шуми!
Уйди скорее, Джо! Да тише, тише!
Не слышу я совсем из-за тебя!'
'Не худо бы, чтоб я поверил в это'.
'Там это, кто-то или их подручный!
И раз уж мы застукали его,
То самая пора его накрыть.
А как спугнем, так он повсюду будет -
В кустах и за деревьями, везде!
Я из дому и шагу не ступлю...
Нет, так я не оставлю! Джо, пусти!'
'Зачем так осторожничать ему?'
'Вот то-то и оно, что осторожен,
Но ты слыхал, как выдал он себя...
Ну-ну, не буду, Джо... Ну обещаю!
Что ссориться? Ты тоже не пойдешь'.
'Я б справился и сам. Одно тут худо.
Он видит нас, а нам-то не видать.
Мы у него совсем как на ладони!
Чего ему высматривать у нас?
Все высмотреть и так вот просто скрыться?'
Мужчина ничего понять не мог,
Но за женой пошел через лужайку.
'Чего тебе?' - та крикнула во тьму.
Фонарь приподняла, к себе прижала,
Да так, что через юбку тело жгло.
'Тут ни души. Мерещится...'
'Он здесь!
Чего тебе?' - опять она спросила.
И тут - о ужас! - прозвучал ответ:
'Да ничего', - ответили с дороги.
На мужа та бессильно оперлась -
Паленой шерсти, видно, надышалась.
'Чего тебе у нас в такую темь?'
'Да ничего'. - Казалось, это все...
Но снова голос: 'Испугались, что ли?
Я видел, как вы лошадь торопили...
Сейчас я выйду прямо к вам, на свет -
Увидите'.
'Ну ладно. Джо, назад!'
Шаги все ближе... Всю ее трясло,
Но ни на шаг она не отступила.
'Ну, видно?'
'Где?..' - Уставилась во тьму...
'Не видите вы, что ли? Я с ребенком.
Разбойники не шастают семьей!'
'Ночь на дворе. Ребенок-то зачем?'
'А мы гуляем тут... Ведь каждый мальчик
Хоть раз да должен ночью побродить.
Не так ли сын?'
'Не худо б вам найти
Другое место!'
'Вышло так, шоссе...
Мы две недели будем жить у Динов'.
'И даже если так, - ты слышишь, Джо! -
Ты все ж не расслабляйся, Джо, ты понял?
И осторожность нам не помешает.
Здесь глушь, такая глушь, и никого...'
И все она таращилась во тьму...
Фонарь, качаясь, начал опускаться,
Земли коснулся, вспыхнул и потух.