В белом предутреннем свете,
льющем смиренную радость,
к вечной сосне я однажды
по этим соснам отправлюсь.

Не в корабле, но с волною,
ласковой, тихой, бескрайней,
с тою, что льется, зверинец
волн разъяренных стирая.

Встречусь я с солнцем веселым
и со звездою пригожей,
и приходящего встречу,
и уходящего тоже.

Белый и черный покой мы,
пятеро равных, обрящем,
равенство это нагое
нас согласит с настоящим.

Все будет то же, что есть, -
вечного мига обличье,
все - не уменьшить, отняв,
не изменить, увеличив.

В трепетной цельности света,
полон душою, причалю.
И прошумит вечный бор,
вросший в песок изначальный.