Рука уходит в карман, а он дыряв, как носок.
Подлодка идет в океан и тонет без адресов.

Но также идет рука, пытаясь найти в штанах
бумажку, чьи адреса написаны кое-как.

От коих зависит день и вечер, крутой, как спуск.
Подлодка уходит в тень, и рыба не слышит пульс.

И кто из нас больший трус и кто записной герой?
Не тот, кто ушел в моллюск, а тот, кто стоит седой

в какой-то шубейке, мал, ощупывая карман,
а в нем - лишь один провал, в котором исчез роман

и трешка до перемен, и стольник помимо них...
Подлодка ушла на мель, и кок получил под дых.

Со дна идут пузыри, взбухают, как парашют.
Нет адреса, черт возьми, и надо менять маршрут.