Итак, по картине, подаренной вами,

Где жар от светила исходит кругами,

Где медно-зелёные высятся скалы,

Где даже дорога от зноя устала, —

Итак, по подаренной вами картине

Бреду, отрешившись от яви отныне.

И вижу отчётливо из-под ладони

Усталого странника в ветхом хитоне.

Какую он ищет из множества истин?

И кем он любим? И кому ненавистен?

Легка его поступь. Он держится прямо.

Дорога обрезана белою рамой.

И верно, за этой чертой, наконец,

Заветную истину сыщет мудрец.

Тогда, облекаясь реальности правом,

Расстанусь и я с этим солнцем кровавым,

Уставлюсь в окно — на дома, наугад,

И долго невидящим будет мой взгляд.

И слух будет полон шуршаньем песка.

Дорога скользнёт по земле сквозь века.

Асфальтом оденется, улицей станет,

Но суть её больше меня не обманет:

Я знаю, что к истине рвётся дорога.

Пройти бы по ней хоть чуть-чуть,

хоть немного,

Свести с бесконечностью малый свой путь.

Хотя бы за белую раму шагнуть.