Сильней войны, ее смертей и слез, -
когда неловкою дрофой кренится
в полете трехмоторный бомбовоз,
чтоб снизиться над ветхой черепицей, -

твой труд, который жизнь полям принес,
твой лист, что в почке тополя томится.
На лед кровавый - след свинцовых гроз -
с горы лавина чистых вод стремится.

Пока сирена воет, все грозней
гудит гора и по морской равнине
дым стелется, как хоровод теней, -

ты трудишься, не ведая унынья,
и слышится мне острый звук твоей
пастушьей скрипки, юная богиня.