Что хоронишь ты, птица, в соловьиной гортани
и серебряной розой роняешь на плиты?
Отголосками звона, подобного тайне,
словно синей гирляндой, сады перевиты.

В одинокой ночи, среди смутных жасминов,
над садами, над белой метелью июня,
сердце, полное слез, высоко запрокинув,
ты кропишь серебром тишину полнолунья.

И другой соловей, у меня в заточенье,
как во сне к тебе тянется взглядом незрячим...
Раскрываются окна, врывается пенье -
и еще одно сердце откликается плачем.

И понять невозможно в серебре и дремоте,
кто кого окликает в ожидании чуда...
или, дружные струны, об одном вы поете...
из-за гроба ваш голос... или он ниоткуда...