любой из сыновей советского народа
имеет право назюзюкаться как бобик
и потерять при этом свой моральный облик?
За то, что будет он при этом вытворять,
что будет бить и петь, глотнув вина,
его никто не вправе укорять.
Ни профсоюз, ни совесть, ни жена.
За то, что в високосном феврале
мы натворим в честь дня рождения Кулле,
нам даже Бог не скажет “ай-ай-ай!”
А пригласит нас после смерти в рай.


