«Хватит об этом»: Южная Корея в ожидании приговора экс-президенту Юну. Источник: i.guim.co.uk

«Хватит об этом»: Южная Корея в ожидании приговора экс-президенту Юну

В четверг в зале № 417 Центрального окружного суда Сеула будет вынесен вердикт, который станет одним из самых значимых в новейшей истории страны. Бывшему президенту Юн Сок Ёлю предстоит услышать приговор по обвинению в мятеже. Прокуроры требуют для него высшей меры наказания.

Интересно, что в этом же зале более тридцати лет назад был приговорён к смерти военный диктатор Чон Ду Хван. Формально обвинение то же самое, но на этот раз суд занял не 17 лет, а 14 месяцев. Смертный приговор Чону позже был смягчён, и он получил помилование. В Южной Корее с 1997 года не приводят в исполнение смертные приговоры, поэтому такое наказание на практике означает пожизненную изоляцию без права на условно-досрочное освобождение.

Однако по мере приближения оглашения приговора в обществе чувствуется не столько напряжение, сколько усталость и разобщённость. Многомесячная сага, в рамках которой уже осуждены 27 человек, измотала многих. «Общество слишком устало, — говорит 32-летний офисный работник из Сеула Ким До Вон. — Мои силы тратятся впустую, когда я пытаюсь что-то обсуждать даже с друзьями». Его поддерживает студентка из Инчхона Сон Джи Вон: «Я просто хочу перестать об этом слышать». Массовые протесты с светящимися палочками канули в лету, как и немногочисленные митинги сторонников Юна. Политический удар по правой партии «Сила народа», которая не смогла дистанцироваться от наследия экс-президента, оказался сокрушительным: её рейтинг упал до 22%. В чём же обвиняют Юна? По версии следствия, в ночь на 3 декабря 2024 года он ввёл военное положение, пытаясь с помощью армии парализовать парламент, арестовать политических оппонентов и взять под контроль избирательную комиссию. Сам Юн заявлял, что боролся с «антигосударственными силами» и фальсификациями на выборах. Это было первое за 44 года объявление военного положения, шокировавшее страну, которая считала армейские перевороты пережитком прошлого. Реакция была мгновенной: уже через несколько часов депутаты прорвались через оцепление к парламенту и отменили указ. Через 11 дней Юн был импичирован, а спустя четыре месяца Конституционный суд окончательно отстранил его от власти. Были назначены три независимых прокурора, в рамках расследований которых обвинения предъявили более 120 человек — от министров до командующих и глав спецслужб. Хотя накануне вердикта на улицах тихо, значимость момента очевидна. Суды уже вынесли ряд ключевых решений по связанным делам. 16 января Юн получил 5 лет за воспрепятствование собственному аресту. Чуть позже экс-премьер-министр Хан Дак Су был приговорён к 23 годам, а в приговоре события 3 декабря были официально квалифицированы как мятеж, «самопереворот» избранной власти. Экс-министр внутренних дел Ли Сан Мин получил 7 лет за отданный им приказ отключить электричество и воду в редакциях СМИ. Однако вердикт в четверг вынесет другой судейский состав. Предыдущие решения, хоть и весомы, не являются для него обязательными. Судьям предстоит самостоятельно решить, перешли ли действия Юна и его сторонников ту грань, за которой начинается уголовно наказуемый мятеж. Как отмечает профессор социологии Университета Соган Чун Санчин, окончательный удар по движению Юна может быть нанесён не в зале суда, а в повседневной жизни. «Завершение мятежа стало скорее не юридическим, а экономическим вопросом, — считает он. — Важно, почувствуют ли люди улучшение». Действующий президент Ли Чжэ Мён, сосредоточившийся на ценах и жилье, сохраняет высокий рейтинг одобрения — 63%. На последнем заседании Юн не раскаялся, назвав расследование «политическим заговором», а введение военного положения — «просвещением» граждан. Прокуроры расценили это как отягчающее обстоятельство. Впереди у экс-президента ещё шесть уголовных процессов, включая обвинение в государственной измене. Для Южной Кореи этот приговор станет кульминацией беспрецедентного процесса демократической ответственности бывшего главы государства. Страна, многие жители которой помнят авторитарные 1980-е, в четверг узнает, выдержали ли те демократические ограничения, за которые они когда-то боролись.