Автор: Андрей Пуминов [12.01.2008]

Ему завидовал Монтгомери (Знаменитые знакомые)

Его родная 65-я армия насмерть стояла у стен Сталинграда, сражалась на Курской дуге и Днепре. Командарм первым форсировал Одер и открыл нашим войскам дорогу на Берлин. После войны Батов — начальник штаба Объединенных Вооруженных Сил государств — участниц Варшавского договора, председатель Советского комитета ветеранов войны. Солдатами, как известно, не рождаются. Генералами - тем более. Но Павлантий, так называли Пашу Батова купцы Леоновы, мечтал о золотых погонах. Вовсю полыхала Первая мировая, а он все еще таскал в хозяйский магазин ящики с "Мадерой" и "Хересом". "Хватит! - решил мальчишка. - Бегу на фронт...". Первый же офицер, которого Павел попросил пристроить в солдатский эшелон, отрезал: "Еще навоюешься!". Но Паша был упрям. Через год его все-таки зачислили в гвардейский полк. Жилистого, крепкого, невысокого роста юношу взяли в разведку. И вот первый рейд в тыл немцев. "Язык" оказался тяжеленным. Тем не менее позади немецкие окопы и проволочные заграждения. Вдруг взрыв и шквальный огонь... Очнулся Павел в госпитале. Там вручили ему Георгиевский крест. Так начиналась боевая биография будущего дважды Героя Советского Союза генерала армии Батова. ...В "Известиях" ему всегда были рады. Наш "главный" Лев Николаевич Толкунов сам был фронтовиком и тоже был ранен. Встречаясь, они вспоминали боевых друзей - живых и мертвых... "Побед без потерь не бывает, - сказал мне как-то Павел Иванович. - Война - не только напряженная работа мозга генералов, но и кровь. Солдатский пот и кровь...". До Великой Отечественной Павел Батов сражался в рядах республиканской армии в Испании, был советником 12-й интернациональной бригады. Здесь хочу сделать одно отступление, но оно - в тему. Личным шофером Батова в Испании был Семен Побережник. В свое время в поисках лучшей доли он исколесил весь мир: был матросом на бельгийском сухогрузе, поваром в Париже, работал у Форда в Америке. Знал пять языков. Это обстоятельство стало решающим, когда советник ГРУ Хаджи-Умар Мамсуров попытался его завербовать. Уже после Испании с ведома наших органов Побережник стал "завербованным" агентом. Первой "загранкомандировкой" была Италия. Потом его направили в Болгарию. Альфред Джозеф Муней, так стали его называть тогда, радировал в Москву о встрече болгарского царя Бориса с Гитлером, о тайном визите в Софию адмирала Канариса... Выдал разведчика провокатор. Спасло наступление Красной Армии. Побережник вернулся в Москву, и тут его обвинили в предательстве. Дали срок - 10 лет. Как-то в лагере Побережнику случайно попал в руки номер "Известий", в нем было сообщение о встрече депутата Верховного Совета СССР Батова с избирателями. Написал письмо бывшему командиру, рассказал свою горемычную историю. Батов среагировал сразу же: поехал на Лубянку, встретился с Генеральным прокурором. Правда восторжествовала... Впервые я увидел Батова во Львове, где работал в местной молодежной газете. Он командовал тогда войсками Прикарпатского округа. Октябрьский парад. Командующий объезжает войска. На правом фланге - 24-я Железная дивизия, которой он когда-то командовал. "ЗИС" командующего тормознул, и генерал направился к знаменосцу. У знамени опустился на колено, поцеловал изрешеченный осколками стяг, потом обнял знаменосца, как оказалось, своего давнего знакомца. В 41-м соединение попало в окружение. Комдив приказал лейтенанту Барбашову спасти знамя. Офицер прижал его к груди - и тут автоматная очередь... Колхозник Дмитрий Тяпин спрятал знамя в тайник, а после войны отправил в наркомат обороны. Честь соединения была спасена. Тяпина наградили, а потом назначили почетным знаменосцем дивизии. Так они во Львове и повстречались... "Мало кто знает, - рассказывал мне начальник Института военной истории генерал Павел Жилин, - но первым ворваться в Берлин и взять Гитлера в плен мечтал британский фельдмаршал Монтгомери. Из-за этого он и поцапался с генералом Эйзенхауэром. Однако карты одному и другому спутал Батов...". После взятия Берлина ему позвонил командующий Белорусским фронтом маршал Константин Рокоссовский: "Сталин назначил Жукова и меня ответственными за Парад Победы. Подумай, кто из твоих орлов поедет в Москву. А вечером жди высокого гостя!". ...Рокоссовский представил Батова Монтгомери: "Это тот самый генерал, который первым форсировал Одер и открыл дверь в Берлин...". Англичанин пристально всмотрелся в Батова, долго жал ему руку и вдруг спросил: "А вы, случайно, не родственник Суворова? Я хорошо знаю историю и видел его портреты. Ваше сходство с генералиссимусом поразительное: невысок, худощав и точно такой же хохолок на затылке...". "Почти угадали, сэр, - рассмеялся Рокоссовский, - мои солдаты называют Батова - наш Суворов".

Tags: #батова #павел #батов #монтгомери #первым #берлин #войны #армии #испании #побережник #москву #генерал #рокоссовский #форсировал #открыл