пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: Андрей Пуминов [18.08.2007]

Меня отговаривали от гастролей в Москве

– Политические отношения между Россией и Грузией складываются не просто. На ваш взгляд, влияет ли политика на культурные связи наших стран? С какими чувствами вы отправляетесь на гастроли в Москву?

– Если судить по телевизионным передачам и статьям в прессе, нас в России сейчас просто ненавидят. И многие мои актеры отговаривали меня от гастролей, говоря, что просто опасаются за свою жизнь. После того как в этом году в Москве на улице зверски избили нашего хореографа Георгия Алексидзе, – он не может работать, ничего не видит после этого нападения, – стало понятно, что «лицам кавказской национальности» (чудовищное словосочетание) на улицах российской столицы небезопасно. Но, мне кажется, если молчать об этом, будет только хуже. Помните, у Бродского «но плохая политика портит нравы, это уж по нашей части»… Мне кажется, ненависть часто рождается от незнания. От незнания другого народа. От незнания собственной истории. Страх также рождается от незнания. Люди, народы узнают друг друга через культуру, через искусство. Иногда мне кажется, что русским людям просто надо понять, что они – очень большой народ и большая страна. А в Грузии живет всего четыре миллиона человек. Разве красиво большому государству нападать на маленькое?

– Несколько лет назад вы показывали в Москве свою версию «Гамлета», и мы могли сопоставить ее с вашей же московской редакцией, шедшей в «Сатириконе». Изменился ли грузинский «Гамлет» с тех пор?

– Сейчас я две недели его усиленно репетировал и обновлял. Каких-то кардинальных изменений нет, но, безусловно, спектакль стал другим. Все постановки проходят похожий путь. Они рождаются, потом начинают меняться и расти. Потом тихонько начинают разрушаться. И тогда режиссеру необходимо вмешиваться в спектакль и вносить в него изменения. Это могут быть совсем небольшие добавки, но они держат актеров в каком-то напряжении, необходимом, чтобы спектакль оставался живым.

– Долгие годы музыку к вашим спектаклям пишет знаменитый грузин Гия Канчели, который теперь живет в Голландии. В этот раз вы поставили спектакль «Стикс» на его музыку. Это дань дружбы?

– «Стикс» Канчели – это такой своеобразный реквием, посвященный близким ему людям – отцу, матери. Мне тоже захотелось помянуть своих ушедших близких, актеров, которых уже нет с нами. Но в результате работы получилось нечто, на реквием не похожее. Так часто бывает: начинаешь делать что-то одно, а логика работы уводит тебя в сторону. И мне нравится, когда получается так. Живая жизнь вносит свои коррективы. Мы шли за музыкой Канчели, а куда мы пришли – вам судить…

– Вы часто работаете с русскими театрами, русскими актерами. Есть ли у вас планы на постановки в Москве или Петербурге?

– Последнее время у меня не так уж много приглашений... Правда, я отказался от предложения Олега Табакова, от постановки в МХТ. И отказался от работы в БДТ, где должен был ставить «Мертвые души». Я хотел взять инсценировку Михаила Булгакова, которую он сделал для Художественного театра и которая в результате так и не была сыграна. Это очень интересная задумка, но мне надо приехать в Россию, посмотреть, что происходит в театрах. После перенесенной болезни и операции я надолго из процесса выбыл. Надо осмотреться.

– Несколько лет назад мы с вами говорили о состоянии театра. И вы нашли очень красивый образ. Вы сказали: «Мировой театр сейчас как будто находится на сносях. И мы все, затаив дыхание, ждем, чем же разродится беременный театр»…

– Ну, вот приеду и посмотрю, что нового народилось. Или пойму, что беременность была ложной.

Tags: #москве #просто #незнания #спектакль #кажется #часто #очень #постановки #канчели #работы #отговаривали #гастролей #политика #судить #жизнь

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ