Людибиографии, истории, факты, фотографии

Вера Васильева

   /   

Vera Vasileva

   /
             
Фотография Вера Васильева (photo Vera Vasileva)
   

День рождения: 30.09.1925 года
Место рождения: Москва, , Калининская ,СССР
Возраст: 95 лет

Гражданство: Россия
Соцсети:


«Хрустальная Турандот» – это же праздник!»

Актриса

Эта актриса, глядя на которую невозможно не восхищаться. Ею невозможно не залюбоваться. Ее коллеги говорят, что с ней невозможно поссориться. В ее родном Театре сатиры ее не называют иначе, как Верочка, и это не проявление дурного актерского панибратства, но выражение нежности и любви.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Print

03.12.2007

Она доброжелательна со всеми. Она не завистлива, хотя сыграла на порядок меньше ролей, чем могла бы. Ее любят и знают зрители, ее не обходят стороной награды и звания, члены фестивальных жюри единогласно влюбляются в нее и не отпускают от себя никуда: одной из первых получив «Хрустальную Турандот», Вера Васильева стала талисманом московской театральной премии и с тех пор не пропускает ни одной церемонии.

Вера Васильева вручает «Хрустальную Турандот» Евгении Симоновой
Вера Васильева вручает «Хрустальную Турандот» Евгении Симоновой

– Как вы относитесь к театральным премиям?

Реклама:

– Я рада, что находятся люди, которые всеми силами стараются поднять искусство, находя деньги на спектакли, на премии. Ведь что такое премия? Вот, например, «Хрустальная Турандот» – это же праздник, радость. Я люблю эти праздники. Мне нравится награждать, давать что-то, в смысле – статуэтку какую-то. Я всегда стараюсь смотреть спектакль или актрису, которой я даю приз. Кроме того, приятно одеться, накраситься. Вся эта предпраздничная суматоха – это возможность себя встряхнуть, да и почувствовать себя одним актерским цехом – тоже приятно.

– Всю жизнь работая в одном театре – в Театре сатиры, вы нередко позволяете себе «личные» гастроли. Спектакль «Странная миссис Сэвидж» у Андрея Денникова в Театре Образцова – далеко не первая ваша работа на стороне.

– Да. Но, как и с предыдущими, это была случайность, то есть я этого не ожидала. С другой стороны, это было закономерно с точки зрения моей мечты. Я видела спектакли Денникова, и они мне нравились. Не просто нравились, но трогали душу. Было ощущение, что я встретилась с особенной личностью. Он, несмотря на свой очень молодой возраст, очень профессионален. Одержим глубокими вещами, знает, зачем ставит. Это все было видно по его работам. Его душа идет через его спектакли. Меня это потрясло, потому что в наше время это редко, не похоже на то, что мы видим каждый день. Ведь в театре процветает сейчас атака – злая, напористая. И я все как чужая, настолько мне как зрителю некомфортно, нехорошо в этой атаке. А тут – совсем другое. Андрей – это нежность, которая имеет волевое начало и покоряет зрителя. Он позвонил мне и сказал, что ему хотелось бы сделать со мной спектакль «Странная миссис Сэвидж». Я ответила, что, безусловно, это же роль, о которой можно мечтать. И так как в своем театре я почти никогда не имела возможности получить то, о чем я мечтаю, я очень обрадовалась этому предложению. Потому что в своем театре я, может быть, что-нибудь, когда-нибудь получу… Но по поводу такой роли, как Сэвидж, мне бы точно сказали: «Ну, что ты, ведь такие актрисы играли – Марецкая, Раневская, ну, куда тебе!» Так что я обрадовалась, немножко испугалась, но абсолютно доверяла Андрею. Я не представляю, что он может что-нибудь сделать что-то конъюнктурно. Только то, о чем поет его душа. Так что я подумала: даже если мы провалимся, это не будет стыдно. Согласиться играть в этом спектакле было поступком, может быть, и легкомысленным для моего возраста, но очень органичным для меня. Когда я ездила в Орел играть Кручинину – это ведь тоже поступок был рискованный: то ли получится, то ли скажут, что опять она берется не за свое дело. А здесь я, конечно, волновалась, но не думала ни о Марецкой, ни о Раневской, хотя очень любила, как они играли, но я понимала, что у нас будет что-то совсем другое. В репетициях меня поражали в Андрее его терпение и мудрость. Бывает, что что-то не получается. И тогда режиссер срывается на актеров. Здесь совсем не так было. Я не помню нервов и злости на репетициях. То, как Андрей перешел к куклам, было замечательно. Он сказал: «Все больные персонажи будут выражать себя через кукол». Мне это показалось ужасно верным. Потому что болезнь, когда она изображается живым актером, зрителем воспринимается тяжело, люди не хотят, боятся это видеть. А тут, когда появились куклы, все обволоклось детскостью и беззащитностью. И появились те нежность и сострадание, которые в чистом виде мы должны испытывать по отношению к больному.

– Как зрители принимают спектакли?

– Замечательно. Особенно мне нравится, когда родители приходят с детьми. Вот когда классы приходят – это тяжело, потому что ребятки заняты только собой и тем, как посмешней нахулиганить. Но, когда дети с родителями приходят, – это прекрасно и очень правильно для детей, мне кажется. Они подходят на поклонах то с цветочком, то с игрушкой и так смотрят, как будто я волшебница. А взрослых трогают хорошие, светлые чувства, которые у них рождаются на нашем спектакле. Так что мне эта работа очень дорога еще и тем, что в свой 81 год я получила возможность говорить со сцены о том, во что верю. Не всем выпадает такое счастье. Я благодарна за это. И за то, что в этой роли я могу не лукавить душой.

– Вы производите впечатление человека, который видит в жизни только радость…

Лучшие дня

Мастер эксцентрики и гротеска
Посетило:24495
Георгий Вицин
Другая теория Эйнштейна
Посетило:12098
Альберт Эйнштейн
Рекорд в ящике
Посетило:4031
Скай Броберг

– Я стараюсь. Не всегда получается. Бывает грустно, когда люди думают, что я могу что-то для себя сделать. А ведь я прекрасно понимаю, что от меня ничего не зависит и что всем на меня наплевать. Такова реальность, которая печалит. Но судьба мне посылает очень много подарков – наверное, за то, что я ни на что не сержусь и не сетую. Иногда я именно так думаю. Потому что за что другое мне были даны и «Вишневый сад», и «Без вины виноватые»? Сказать, что все время радуюсь, я не могу. Я очень много чему печалюсь в нашей жизни. Иногда я бываю в ужасе от жизни, от того, что я вижу и знаю. Это ранит меня, и, если на сцене есть возможность сказать: «Не забудьте – у нас есть сердце, у нас есть совесть», я рада этой возможности. Я всегда считала, что театр, особенно в советские годы, когда религия фактически была под запретом, – это кафедра, с которой мы можем говорить о человечности. Но сейчас театр стал другой, к сожалению. Редко кто со сцены говорит о добре. Да и публика не хочет слушать и не умеет воспринимать чаще всего. Хотя вот на нашу «Миссис Сэвидж» ходят. Но это только часть людей. Другие пойдут на каких-нибудь «Новых русских бабок». И их больше.

– Разве это не нормальное соотношение?

– Нет. Стало мало людей, которые хотят смотреть неискаженную классическую пьесу, где режиссер уважает автора, или слушать классическую музыку. Причем когда я говорю о неискаженности, я не имею в виду старомодность и неэнергичность. Но наши потуги одеть персонажей в современные костюмы и заставить их думать и чувствовать, как сейчас принято, – это наш грех перед классической литературой. Нам бы дотянуться до классики! Уважение не отменяется современной манеры игры, возможности где-то подкрепить себя и музыкой, и светом, и теми техническими достижениями, которые в театре могут быть так выразительны. Но все это нужно для того, чтобы выразить то внутреннее, ради чего все писалось, сочинялось, для чего вообще театр создан, – чтобы сердце не зачерствело. А сейчас все очень… практично. Ведь какая мораль сейчас? Лови мгновение, наслаждайся, будь победителем, и тебе все простится. Это не моя религия. Стремление быть победителем? Нет. Стремление быть лучше? Да. И тогда – признают, тогда – успех. Но это не цель. Цель – это все-таки самосовершенствование. Я из тех, кто любит работу сердца и ума, а уже дело судьбы – дать человеку достойное место. Но это не дело настырности и хамства этого человека.

– Вы ощущаете себя на привилегированном положении в жизни?

– Нет, я ощущаю себя обычным человеком. Но меня полюбили зрители. И поэтому где-то в больнице, скажем, ко мне медсестра подойдет лишний раз, поможет, или в магазине. Но однажды меня в больнице не узнали, и я почувствовала на себе все собачье отношение к обычному больному, которое у нас бывает, и часто. Поэтому я, с одной стороны, хорошо знаю, что такое наша жизнь, да и мое окружение скромное, и сама я скромный человек, никаких капиталов у меня нет. Но я освобождена от грубости и хамства благодаря тому, что меня знают и любят люди, и поэтому не испытываю отчаяния по поводу нашей жизни.




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели

Дикий мужчина Сергей Шнуров
Посетило:9900
Сергей Шнуров
Каспаров Гарри Кимович
Посетило:22581
Гарри Каспаров
Кристина Асмус. Биография
Посетило:8455
Кристина Асмус

Добавьте свою информацию

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history