«Оставьте его там»: Вупи Голдберг предложила отправить Трампа на Луну и не возвращать
01.05.2026 17:57:38
В чем причина столь высокой традиционной оценки мастера? Дело в том, что китайский художник издавна оценивался не только по своему искусству. В расчет принимался и, как сказали бы сейчас, «творческий путь», и весь образ жизни, который должен был соответствовать определенным, складывавшимся веками представлениям. Китай является единственной в мире страной, где культурная традиция, зародившись в глубокой древности, практически никогда не прерывалась. История изобразительных искусств в Китае насчитывает более тысячи лет, и естественно, что за это время успели сложиться достаточно строгие каноны, определившие формально-стилистические и сюжетные особенности живописи. Наряду с этим существовал и своеобразный канон жизни художника. Следуя лежащему в самой основе китайской культуры принципу соответствия образцам прошлого, бесчисленные поколения китайских художников и поэтов стремились «подражать древним» и в искусстве, и в жизни. Особенно сильной тяга к идеализированным старинным манерам была во времена зрелого и позднего средневековья, то есть в периоды правления династий Мин и Цин. Династия Мин (1368—1644) пришла к власти в результате победоносного народного восстания, уничтожившего власть монгольских правителей, владевших Китаем немногим менее века. Новые императоры провозгласили возврат к истинно китайским старым порядкам, и посему всячески поощрялось культивирование освященных традицией обычаев и представлений. Шэнь Чжоу был вполне последовательным и законченным художником-традиционалистом. Он жил в 1 половине периода Мин, то есть во время, благоприятное для развития его собственных душевных склонностей. Удачное сочетание индивидуальных устремлений быть совершенным человеком искусства по образцу древних с приязненным настроением умов и, конечно, немалый талант живописца и сделали Шэнь Чжоу прославленным и уважаемым «достопочтенным мастером Шэнем», как именуется он в старых текстах.
Шэнь Чжоу принадлежал направлению вэньжэньхуа, что можно перевести как «живопись художников-литераторов», или «живопись интеллектуалов». Направление это надо понимать не как европейскую школу или стиль. Объединяла художников вэньжэньхуа не столько общая манера живописи, сколько философское и религиозное родство их воззрений. «Художники-интеллектуалы» традиционно не связывали себя государственной службой, они держались в стороне от политических дел и официальных чиновных рангов. В семье Шэнь Чжоу несколько поколений его предков были художниками-любителями и поэтами. И сам живописец никогда не заботился об официальной карьере и выгодных должностях. Он в полном соответствии со знаменитыми мастерами прошлых столетий всецело посвятил себя изящным искусствам. Естественно, что Шэнь Чжоу мог позволить себе беспечно предаваться возвышенным занятиям, происходя из состоятельной семьи. Однако и когда его обстоятельствам случалось ухудшиться, он не отягощал себя заботами о житейской прозе. В его жизнеописании рассказывается, что когда губернатор провинции, глубоко уважая Шэнь Чжоу за знания и талант, хотел назначить его на почетную и не слишком обременительную должность, художник обратился к гаданью и, в соответствии с выпавшим жребием, отказался.
Шэнь Чжоу выстроил себе простую келью в бамбуковой роще и вел в ней уединенную жизнь философа, наслаждаясь природой, создавая живописные картины и сочиняя лирические стихи. Большинство китайских художников направления вэньжэньхуа известны и как поэты. Умение слагать стихи почиталось в старом Китае непременным условием образованности и тонкого вкуса. Шэнь Чжоу следовал в своих стихах выдающимся поэтам ушедших веков—Бо Цзюй-и, Су Ши, Лу Ю и другим.
Любуясь красотами окружающих гор и рек, художник нередко проводил в созерцании дни и ночи. Обобщенный образ ученого мужа, постигающего в единении с природой загадки бытия и мироздания, Шэнь Чжоу запечатлел в картине «Играющий на цине», хранящейся ныне в музее города Осака в Японии. Художнику несомненно близок его герой, можно сказать, что в какой-то степени это автопортрет самого мастера. Небольшая фигура органично слита с окружающим ее ландшафтом, являясь его равноправной частью, как деревья или скалы. На свободном от изображения пространстве картины Шэнь Чжоу поместил поэтический текст, написанный изящным каллиграфическим почерком:
В руках моих цинь, а в небе луна, Я трогаю струны, любуясь луной. Свеж ветерок, и ярка луна, Я чувствую, словно бессмертен я... Но время уходит, садится луна, И в котелке уж остыло вино.
Поэтические надписи—тиба—не редкость в картинах художников-литераторов. Иероглифический текст дополняет и углубляет изображенный сюжет, заставляя свиток играть новыми обертонами смысла.
Нередко Шэнь Чжоу посещали в его уединении друзья. Постепенно вокруг него сложилась известная в истории китайской живописи «школа У», названная так по местности У, расположенной к югу от Янцзы, с центром в городе Сучжоу, где родился Шэнь Чжоу. В XV веке на юге Китая были сосредоточены наиболее значительные художественные силы, и именно Шэнь Чжоу считался одним из первых.
Художники «школы У» и, конечно, «первый среди равных» мастер Шэнь следовали в своем творчестве живописцам периодов Сун и Юань, копируя и создавая вольные парафразы Ма Юаня, Ся Гуя, Ни Цзаня, Ван Мэна и других. В сохранившихся более чем двухстах работах, носящих печать Шэнь Чжоу, можно видеть образцы умелого творческого повторения манеры знаменитых мастеров прошлого. Кстати, далеко не все картины с печатью Шэнь Чжоу написаны им. К старому мастеру, чьи свитки высоко ценились, нередко приходили ученики с просьбой поставить свою печать на их живопись, дабы потом подороже продать ее. И добрый учитель, как гласит предание, никогда не отказывал. Сам Шэнь Чжоу, как истый «художник-интеллектуал», обычно не продавал своих работ, а дарил друзьям и всем любителям живописи, просившим его об этом.
Лучше всего Шэнь Чжоу удавались небольшие альбомные листы и свитки горизонтального формата. В его вертикальных композициях иногда заметно неполное владение пространством и планами разной глубины. Художник практически не писал портретов конкретных людей. Его поэтическое видение полностью раскрывалось в пейзажах. За одухотворенную жизненность образов природы, пробивающуюся сквозь искусные стилизации, китайские историки искусства зачислили Шэнь Чжоу в высший класс живописцев—шэнышнь. Старинная книга о живописи так говорит о нем: «Легкими и раскованными были его картины. Он всегда был прост, хоть и многого достиг».
Шэнь Чжоу - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
