«Стармер не справляется»: внутри лейбористов нарастает разочарование премьером
20.04.2026 20:56:00
Июль 1927 года. Москва. Редакция журнала «Новый ЛЕФ».
Дверь распахнулась. На пороге — гигант с лицом, словно высеченным из камня. Владимир Маяковский. За столом — двадцатидвухлетний провинциал из Покровской слободы, мечтающий стать физиком, а пишущий рассказы по ночам.
— Кассиль? Лев Абрамович?
— Да, Владимир Владимирович.
— Читал. Печатать будем. Только запомни: детям врать нельзя. Даже в сказках.
Эта встреча изменила всё. Много лет спустя Кассиль напишет: знакомство с Маяковским стало «главным, бесповоротно решающим» в его жизни.
27 июня 1905 года. Покровская слобода на Волге (сейчас город Энгельс). В семье врача Абрама Григорьевича Кассиля и учительницы музыки Анны Иосифовны родился первый сын — Лёва.
Потом появились еще братья и сестры, но Лёва всегда был заводилой. Когда ему исполнилось восемь, случилась история, которая определила всю его жизнь. Младший брат Ося разбил дорогую фарфоровую вазу. Родители устроили допрос. Лёва молчал — не хотел выдавать брата. Тогда его записали в «кондуит» — специальную книгу проступков гимназистов.
— Хорошо, — решил Лёва той же ночью. — У них есть их мир с кондуитами и наказаниями. А у нас будет свой. Лучше.
Так родилась Швамбрания — придуманная страна двух братьев. Страна без войн, глупых правил и несправедливости. Карту рисовали на старой простыне. Законы писали по вечерам. Гимн сочиняли всей семьёй.
«Мы не просто играли, — вспоминал потом Кассиль. — Мы создавали мир, в котором хотели жить».
1917 год. Гимназию преобразовали в Единую трудовую школу. Двенадцатилетний Лёва вел дневник — записывал всё: как красногвардейцы заняли вокзал, как отец лечил раненых с обеих сторон, как менялся город.
Но Швамбрания никуда не делась. Она просто трансформировалась. Теперь братья мечтали не о выдуманных странах, а о реальном будущем, где можно строить ракеты, открывать новые планеты, делать что-то важное.
В 1923 году Лёва окончил школу с блестящими результатами. Выбор был очевиден — физико-математический факультет МГУ. Москва встретила его коммуналками, бессонными ночами над учебниками и странным ощущением, что чего-то не хватает.
«Я решил стать физиком, — признавался он позже. — И, честное слово, старался. Но по ночам меня тянуло к столу. Не формулы писать — рассказы».
Через год он написал свой первый текст. Напечатали в газете «Новости радио» в 1925 году. Гонорар — двадцать рублей. Лёва купил хлеба, книги и понял: физика подождёт.
1927 год стал переломным. Маяковский не просто напечатал отрывки из «Кондуита» в «Новом ЛЕФе» — он открыл Кассилю дверь в настоящую литературу.
— Ты пишешь про детство? — спросил Маяковский после второй встречи.
— Про своё. Про гимназию, про брата, про то, как мы...
— Правильно. Детям нужна правда. Только без морализаторства. Понял?
Понял. С этого момента Кассиль писал по-другому — не поучая, а показывая. Не сверху вниз, а рядом.
Вскоре пришло предложение от журнала «Пионер». Там работали Пришвин, Гайдар, Маршак. Встреча с Самуилом Яковлевичем Маршаком окончательно определила путь: детская литература.
«Знаешь, в чём секрет? — говорил Маршак. — Писать для детей нужно так же серьёзно, как для взрослых. Только ещё честнее».
1930 год — вышла повесть «Кондуит». 1933 — «Швамбрания». В 1935-м их объединили в одну книгу. Успех был оглушительным.
Это была не просто книга о детстве. Это была хроника эпохи, рассказанная глазами мальчишек, которые видели, как рушится старый мир и рождается новый. Первая мировая война, революция, гражданская война — всё это было в книге. Но главное — там была Швамбрания. Мечта о справедливом мире, которую носит в себе каждый ребёнок.
Критики писали о «новом слове в детской литературе». Дети просто читали запоем.
Но в 1937 году случилось страшное. Младшего брата Кассиля, Иосифа, арестовали. Книгу перестали переиздавать. Не запретили, не изъяли из библиотек — просто не печатали. Молчание длилось много лет. Лёва продолжал работать. Что ещё оставалось делать?
С конца 1920-х Кассиль работал в газете «Известия». Девять лет специальным корреспондентом. Ездил по стране и за рубеж, встречался с полярниками и стратонавтами, лётчиками и футболистами.
Его очерки читала вся страна: о «челюскинской» эпопее Шмидта («Ледовый комиссар»), о полёте стратостата «СССР» («Поднят потолок мира»), об успехах авиации («Искусство удивляться»).
Кассиль умел писать так, что даже техническая информация становилась захватывающей историей. Секрет? Он влюблялся в своих героев. Искренне восхищался ими. И это чувствовалось в каждой строчке.
1937 год. «Вратарь Республики» — первый советский роман о спорте. О футболе, но не только. О том, как мальчишка из провинции становится легендой. О дружбе, которую не разрушить никакими испытаниями. О том, что в спорте, как в жизни, главное — не сдаться.
Кассиль боготворил футбол. Был завсегдатаем стадионов. Дружил с легендарным Николаем Озеровым. Знал наизусть составы всех команд. Для него спорт был концентрированной драмой — судьба человека решается за девяносто минут.
«В спорте я вижу то же, что в хорошей книге, — говорил он. — Характер. Волю. Красоту».
После «Вратаря» были другие спортивные романы: «Ход белой королевы» (о лыжах), «Чаша гладиатора» (о цирковом борце). Но первым был именно «Вратарь».
1941 год. Кассилю тридцать шесть. Он не пошёл на фронт — оставался в тылу. Но работал так, словно каждый его текст мог приблизить победу.
Выступал по радио. В школах. В воинских частях. На заводах Москвы и Урала. Писал рассказы о детях войны — не выдуманные, а реальные истории. «Линия связи», «У классной доски», «Отметки Риммы Лебедевой» — каждый рассказ основан на письмах, которые приходили в Радиокомитет.
В 1941–1942 годах был главным редактором журнала «Мурзилка». Ездил на фронт как представитель Всесоюзного радиокомитета и журнала «Огонёк».
1944 год — повесть «Дорогие мои мальчишки». О детях, которые в тылу заменили отцов. О том, как война заставляет взрослеть раньше времени. И о том, что даже в страшные годы детство остаётся детством.
1949 год. Совместно с Максимом Поляновским выходит повесть «Улица младшего сына». Документальная история Володи Дубинина — пионера-партизана, погибшего в керченских каменоломнях в четырнадцать лет.
Кассиль собирал материал больше года. Ездил в Крым. Разговаривал со всеми, кто знал Володю. С его матерью, с командирами партизанского отряда, с друзьями. Читал его дневник. Ходил по тем местам, где мальчик прожил последние месяцы.
— Я не хочу делать из него идеальную картинку, — говорил Кассиль. — Он был обычным мальчишкой. Озорным, смешливым. Но когда пришла война, он сделал выбор.
В 1951 году за эту повесть Кассиль получил Сталинскую премию третьей степени.
26 марта 1943 года. Колонный зал Дома Союзов. Москва ещё живёт по законам войны, но сегодня здесь праздник — первые «Книжкины именины».
Идея принадлежит Кассилю. Он понимал: дети устали от войны. Им нужен праздник. Настоящий, весёлый, с книгами, писателями, подарками.
Название придумал тоже он. Простое, домашнее — «Книжкины именины». Дети выстроились в очередь от самой площади. Кассиль и директор «Детгиза» Любовь Дубровина встречали каждого за руку.
Пришли писатели, в том числе прямо с фронта. Читали, рассказывали, отвечали на вопросы. Дарили книги. А в конце — горячий чай с булочками.
С тех пор «Книжкины именины» (позже — Неделя детской книги) проводятся каждый год. И каждый год их открывал Лев Кассиль.
График жизни Кассиля был фантастическим. Почти каждый год — новая книга. Плюс статьи, очерки, сценарии к фильмам, выступления, встречи с читателями.
Его приглашали вести новогодние ёлки в Доме Союзов. Репортажи с праздников на Красной площади. Он исколесил Италию с лекциями о Маяковском. Встречался с читателями от Калининграда до Владивостока.
В 1947–1948 годах возглавлял комиссию по детской литературе Союза писателей СССР. В 1947–1949 руководил семинаром детской литературы в Литературном институте. В 1965-м стал членом-корреспондентом Академии педагогических наук СССР.
«Жить надо во весь рост — под самый потолок своей башкой в предел, не ослабляясь в прогибе», — это было его кредо.
Друзья удивлялись: когда он успевает писать? Ответ простой: ночью. Пока другие спят, Кассиль сидел за столом. Писал, переделывал, шлифовал каждую фразу.
Маяковский и Барто, Маршак и Чуковский, Алексин и Яковлев, Райкин и Михалков — круг друзей Кассиля был широк и разнообразен.
Он умел дружить. Умел поддержать. Корней Чуковский писал ему: «Я хочу заранее сказать для потомства, как счастлив я нашей испытанной дружбой. И я хочу сказать, как в самые черные дни моей жизни, когда я был одинок и несчастлив, Вы дружески утешали и ободряли меня».
Кассиль был душой любой компании — не потому что кричал громче всех, а потому что умел слушать, шутить, вдохновлять.
С середины 1950-х он вёл в Центральном доме литераторов вечера «В кругу друзей». Приглашал знаменитых писателей, актёров, композиторов, художников. Блестяще и остроумно представлял гостей. Задавал вопросы. Создавал атмосферу, в которой даже самые знаменитые люди становились просто интересными собеседниками.
Лейтмотив этих встреч — пушкинские строки: «Друзья мои, прекрасен наш союз!»
Лев Абрамович был женат дважды. О личной жизни говорил мало — считал, что это не для публики. Детей не было. Всю свою родительскую любовь он отдавал читателям.
«У меня миллионы детей, — шутил он. — Разве мало?»
1960-е. Кассиль продолжает работать в том же темпе. Книги, статьи, встречи. Но здоровье начинает подводить.
1965 — повесть «Будьте готовы, Ваше высочество!» О дружбе между советским пионером и наследным принцем придуманной европейской страны. Последняя большая вещь.
21 июня 1970 года. Москва. Лев Абрамович Кассиль умер, не дожив недели до своего шестьдесят пятого дня рождения. Похоронен на Новодевичьем кладбище.
В Энгельсе открыт музей Льва Кассиля. На площади Свободы стоит памятник. В 2005 году сняли документальный фильм «Швамбранский адмирал. Лев Кассиль».
Его книги переиздаются. Переводятся на десятки языков. Дети читают «Кондуит и Швамбранию», «Дорогие мои мальчишки», «Улицу младшего сына».
Почему читают? Потому что Кассиль не врал. Не притворялся. Не играл в «доброго дядю, который знает, как правильно». Он писал честно. О сложном — просто. О грустном — с надеждой. О героическом — без пафоса.
«Когда у Кассиля спрашивали, как он оценивает популярность своего творчества, он пожимал плечами и говорил, что дети сами почему-то выбрали его книги».
Они выбрали потому, что чувствовали: этот взрослый их понимает. Помнит, как сам был ребёнком. Знает, что такое Швамбрания. И верит, что мир можно сделать лучше.
Лев Кассиль прожил жизнь, как написал книгу — динамично, честно, со вкусом к приключениям и верой в людей. Швамбранский адмирал реальной жизни. Человек, который доказал: мечты сбываются. Особенно если ты готов работать для этого каждый день. И каждую ночь.
Лев Кассиль - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
| Родился: | 10.07.1905 (64) |
| Место: | слобода Покровская Саратовской губ. (RU) |
| Умер: | 21.06.1970 |
| Место: | Москва (RU) |
