Маринист

ОДНАЖДЫ ЛЕВ СКРЯГИН ЗАГОРАЛ В ХАРАМ-ШАХЕРЕ, где его судно стояло под погрузкой орехов на Европу, когда директор-распорядитель мистер Дункан неожиданно сообщил: в Ливерпуль из Николаева прибыло новое русское судно "Ал Шамиа", и на нем нет переводчика. Г-ну Скрягину срочно лететь в Ливерпуль. Полетели: Харамшахер, Дамаск, Бейрут, Мальта, Лондон. И тут именем Ее Величества королевы Елизаветы II Льва Скрягина арестовали - за прибытие в Великобританию без визы. Мистер Дункан, до полета обещавший взять все хлопоты на себя, исчез; с трудом удалось сообщить о себе в советское консульство. Понадобились долгие переговоры, прежде чем англичане согласились пропустить Скрягина в Ливерпуль. Но не просто так пропустить, а отправить туда под стражей. И повели писателя, сочинения которого издаются во многих странах, а книга о якорях даже используется как учебник в мореходных школах, по огромным залам аэропорта Хитроу в наручниках. Поднялся страшный шум и гвалт, люди кричали: "Вот он! Вот он! Наконец-то его поймали!" Сверкали вспышки фотоаппаратов, бежали за молчаливыми полицейскими галдящие репортеры... Бедный Лев Николаевич не мог взять в толк, чем прогневил англичан, пока полисмен не объяснил ему: - Вы очень похожи на участника "Великого ограбления поезда", фотографии которого всем известны.

ОСЕНЬЮ 1940 ГОДА ЗА КАПИТАНОМ 2 РАНГА Николаем Алексеевичем Скрягиным пришли трое: один был в темном плаще и галифе с синими кантами, с ним два бойца НКВД с карабинами. Кавторанг, недавно вернувшийся со стажировки в Лондоне, а перед этим закончивший разведшколу ГРУ в Красково, служил начальником отдела внешних сношений наркомата ВМФ. - Скрягин! - сказал тот, что в галифе. - Одевайтесь! Вы арестованы! - Покажите ваше удостоверение и ордер на арест, - тихо, чтобы не разбудить десятилетнего сына Льва, сказал кавторанг. - Вы что? Не видите, кто мы? Скрягин достал браунинг - подарок наркома - и дослал патрон в патронник. Конвой уехал, а Николай Алексеевич, переложив браунинг в карман форменной тужурки, наказал жене никому не открывать дверь и поехал прямо к наркому. Там он сделал вот что: выложил на стол наркома партбилет, удостоверение личности, служебные печати, пистолет и сказал: - Если я в чем-либо виновен, те отдайте приказ о моем аресте вы. Я не хочу, чтоб меня забирали эти люди в сапогах... Нарком ВМФ Н.Е. Кузнецов не отдал. Скрягииа на заклание НКВД, но решил убрать его подальше от глаз могущественной конторы. 12 марта 1941 года Николай Алексеевич был назначен военно-морским атташе при посольстве СССР в Вашингтоне. Так оказался в Америке его сын, юный пионер Лева Скрягин.

В СССР АМЕРИКАНСКИЕ АТТЕСТАТЫ об образовании веры не имели. Только две школы в Москве, в Грохольском и Дегтярном переулках, принимали экзамены на аттестат зрелости экстерном, причем услуга была платной. Экзамены Лев сдал: семь четверок и семь троек. И с этим богатством поехал поступать в Мурманское высшее мореходное училище. Но там его вызвали в спецотдел и спросили: - Сколько ты заплатил за эту липу?! - Триста рублей, - честно ответил Лев. - Смотреть надо, за что платишь! В типовом бланке аттестата было написано: "Скрягин Лев Николаевич поступил в женскую образцовую школу и при отличном поведении сдал следующие экзамены..." Да, школа была женской, а надпечатка "экстерн" в верхнем правом углу куда-то пропала...

ОТХОДИВ ГОД МАТРОСОМ НА ТРАУЛЕРАХ "Мурмансельди", он поступил-таки в Мурманскую мореходку. Проучившись год, подался в Одессу - в высшую мореходку. Не закончил - были проблемы с точными науками. Приехал в Москву, поступил в иняз. Тоже не закончил: дальше совершенствоваться в английском ему было уже некуда. Тут случилась женитьба. Пришлось снимать углы - от родителей помощи он не ждал. Отец сказал прямо: "Раз женился - обеспечивай семью". Сын поступил работать на канал им. Москвы инженером. Когда родилась дочь (естественно, Марина), с деньгами стало совсем худо. Он выстроил на Карамышевской набережной что-то типа будки с печкой, и молодая семья жила там целую зиму. Нужда и способствовала появлению нового мариниста. В 1961 году в издательстве "Морской транспорт" вышла первая книга Льва Скрягина "По следам морских катастроф". Позже она выдержала 6 переизданий за рубежом, а пока открыла дорогу в море: время от времени Лев Скрягин ходил в рейсы - переводчиком при гарантийщиках на судах, которыми торговал "Судэкспорт"; совершил три кругосветки.

ОДНАЖДЫ НА ГРЕЧЕСКОМ ТЕПЛОХОДЕ "ЭФТИХИЯ" он попал на Кубу. Там столько соблазнов: в глуби острова карнавал, а в глуби моря - гигантские раковины. Нырять за раковинами времени не было: по пути на карнавал за Скрягиным должны были заехать советские геологи. И хитрый Лев за три шариковые авторучки выменял у местных рыбаков четыре "королевские кончи". И, довольный, занес раковины с моллюсками в свою каюту. С геологами пробыл два дня, а когда вернулся на судно, капитан-грек встретил его довольно странно: - Лео, нет ли в вашей каюте покойника? С чудесными раковинами пришлось проститься, сбросив их в море. Полутораметровые моллюски, хотя и звались королевскими, изрядно воняли. Кубинские милисианос начали подозрительно принюхиваться к "Эфтихии".

ЕГО КНИГИ СТАЛИ ВЫХОДИТЬ с завидной регулярностью: "История якоря", "Последний SOS "Вольтурно", "Как пароход погубил город", "Гибель "Титаника". Всего у Льва Николаевича Скрягина вышло на родине 15 книг, которые потом 25 раз переиздавались в разных странах, переведенные на 7 языков. Общий тираж изданного никто не подсчитывал, но это не один миллион экземпляров. Количество валюты, заработанной им для страны, было известно только ВААПу, но для автора осталось коммерческой тайной.

ВО ВСЕХ ПОРТАХ, ГДЕ ЛЬВУ СКРЯГИНУ приходилось бывать, он сходил на берег, прихватив с собой веревочку. И выяснял, не вяжут ли здесь морские узлы каким-нибудь неведомым способом. Так накопился материал для книги. Книга "Морские узлы" вышла в свет. В издательстве сказали, что у них не осталось ни одного экземпляра, но в книжном магазине у Красных ворот еще должны быть. Кинулся туда, но и там тоже не было. Тогда Лев наклонился к продавщице и доверительно прошептал: - Видите ли, я автор этой книги. Продавщица повела себя странно. Она радостно закричала, повернувшись в сторону подсобки: - Маруся! Катя! Идите скорее сюда! Тут еще один автор! Потом он подружился с продавщицами, и оказалось: каждая из них уже была знакома как минимум с одним "автором" его книги.

ЕГО КНИГИ ДО СИХ ПОР ПЕРЕИЗДАЮТ неведомые издательства, считающие для себя оскорбительными финансовые отношения с автором.

Льву Скрягину 70 лет. Всемером (писатель, его жена и 5 котов с военно-морскими кличками) они живут на его пенсию. Он продолжает работать: составляет словарь английских морских идиом. Фундаментальный труд толщиной в бушприт выходит малыми порциями в ежемесячнике "Морской флот". Перебивается с помощью друзей. Один из благодарных читателей пожертвовал старенький компьютер.

Дополнительные фотографии

Лев Скрягин - фотография из архивов сайта

Посмотреть фото