Секрет стиля Марго Робби для путешествий: уют, который выглядит дорого
23.04.2026 23:56:18
Весна! Какой прилив мечты, Какие силы, ощущенья, Поэтов новые творенья, Улыбки, девичьи черты!
Простила. И разом отпустило. Сбежала. И избежала жала. Забыла. И снова полюбила. Устала. И начала с начала.
Я снова, как во сне, Горю, не остывая. Подумай обо мне, Тебе я не чужая. Забыть легко теперь, Когда сдалась я в плен. Подумай и ответь: Что дашь ты мне взамен?
Нет времени и нет пространства, Есть только мир моей любви. И в нем – единство, постоянство, И вновь – адреналин в крови.
Душа раскрылась! Где граница, Что отделяет от богов? Я на Любовь хочу молиться, Она – основа всех основ.
Я думала, любовь уснула Иль раньше срока умерла… Но вдруг среди людского гула Ее я снова обрела!
Спокойная любовь, а может быть – привычка, Живет со мною рядом, не смея тяготить. В общении она – отличная отмычка, Чтоб родственную душу смогла я ощутить. Пусть в пламени страстей не искупать мне душу, - Давно сгорел в костре мой искуситель-змей, - Спокойствие любви желаньем не нарушу, Единство наших душ сегодня мне милей.
Да, у меня была любовь, что именуют страстью! Она расширила мой мир и опыт мне дала. Не обернулась для двоих ни горем, ни напастью, Оставив в памяти следы сердечного тепла. Но страсть имеет свой предел во времени и чувстве. И мы живем теперь одни на двух концах Земли… Гораздо проще воплотить бывает страсть в искусстве, Чем жизнь прожить в ее золе, когда любовь сожгли.
Акварель в моем окне Рассказала о весне. А началом наших бед Женский послужил портрет. Вот на кухне натюрморт, Яркой краскою он горд. А твоя взяла рука Самый спелый, сочный плод, Знала ведь, наверняка, Что и это все пройдет. Галерею для картин Создавал не ты один. Но, разрушив все за миг, Суть рисунка не постиг. В жизни эти зарисовки Вызывают остановки, В них внимательней всмотритесь – По чужим холстам учитесь.
Душа с душой знакомится мгновенно, Мы узнаем иных еще до встречи. Воспоминанья в Духе все нетленны. Зажжем по прошлым встречам нынче свечи. Достань тетрадь ты с детскими стихами, Шедевров нет, но писано с душою. И пусть живет сегодня между нами Дух прежних жизней, связанных судьбою.
Воздвигну мысленно кордоны Я между миром и собой, Чтобы не слышать больше стоны Парней, повенчанных с войной. И в новом горе растворятся Большие шрамы прежних ран. Но государство оправдаться Еще не может за Афган! А я заплачу, видя рядом Калек – в наивности святой Принявших не под Сталинградом В своей стране с врагами бой. Как, видя горькие примеры, - И это трудно мне понять, - У тех ребят хватило веры, Отчизну Родиной назвать!
Это было с каждым командиром За Рекой, во вражеских горах, Где по волнам радиоэфира, Мол, велел так свыше сам Аллах, Разносился клич ко всем душманам, В бой идти с оружием в руках. Воевали там не за идеи, Как всегда – в верхах делили власть. Точно так с исламом иудеи Чтоб с вершины власти не упасть, Продолжают бойню в Палестине – Эхо Кандагара живо ныне. И в сердцах разносится набатом Каждый год под вьюги февраля, Потому, что матери солдата, Чьим приютом стала лишь земля, Продолжают даже в годы мира Снится сны о черной той войне, Где по воле рока командиру Приходилось отвечать родне: «Пал геройски!» Молодые годы Зачеркнул безжалостно Афган. И «От благодарного народа» Лишь медаль положат им в карман. Командиру хоть сейчас под пули, Потому что вряд ли объяснит Тем глазам, что в душу заглянули, Почему их сын в гробу лежит. А когда, расставшись с «грузом двести», Вновь летит назад в Афганистан, Проклинает он с собою вместе Тот приказ, что сверху кем-то дал! Что чиновник не пошлет сыночка Воевать за братский наш народ, Есть всегда причина для отсрочки – Каждый день, и месяц – целый год! Только им – майорам, капитанам, Командирам, повидавшим ад, Но пришедшим из Афганистана, Сохранившим родине солдат, Я скажу сейчас не для эфира, И не ради многих громких слов: Выстояли вы за гранью мира, Сохраните ж веру и любовь! Российские пограничники В горах, тайге, на взморье океана Идут в дозор вдали от городов, Оберегая от гостей незваных Тепло и свет Российских очагов. На всех заставах в праздник пограничный, Не отступив от службы ни на шаг, Начальник сам состав поздравит личный, Затем солдат под гимн поднимет стяг. Но пронесется память по барханам У офицера, выжившего там – В огне Чечни, в песках Афганистана, Подставив грудь и пулям, и ветрам. И горький яд граненного стакана Вольют в себя, отмерив третий тост: Ведь никогда не заживает рана У провожавших друга на погост! У вас у всех нелегкая дорога. И на лице усталости печать… Пусть пограничник часто смотрит строго - Ему за мир Отчизны отвечать! Перемены
Спокойствие навеяла мне осень. Я вместе с ней, выбрасывая сор, Ищу на небе узенькую просинь И отхожу от глупых бабьих ссор Не улететь мне с птицами за летом, - В том нет нужды – себе ведь не солгать, - А чтоб весной не выцвесть пустоцветом, С листвою нужно яд в душе сжигать.
Чтоб ближним помыкать себе во славу – Имеет ли талант на это право, И где канон единый, достоверный, Чтоб жизни путь определить примерный? И кто, скажите, нас судить возьмется, Критерии к поступкам подберет? Бездарность все равно наверх пробьется, – Сорняк везде спокойно прорастет, - Талант раним и требует ухода, Как роза, что в розарии своем Погибнет от малейшего мороза, Без меры солнце вредно ей притом. Ну что сказать, коль нет рецепта вовсе, И как измерить дар или талант! Как отличить – весна в душе иль осень. И кто пред нами – карлик иль гигант? Одно я знаю точно, достоверно: Завистников ряды всегда плотней. Не в качестве тут дело, а, наверно, Количеством бездарности сильней.
Жил человек, ничем не выделяясь, Ни с кем в округе дружбы не водил. И только раз – на смертном одре каясь, Позвал он сына. Из последних сил Промолвил тихо: «Сын, идя по жизни, Цветов чужих не собирай вокруг, Но бойся, сын, ты даже просто мысли, Что держит камень за спиною друг». Слова просты – судьба за ними скрыта. Их смысл не нов, но мучает вопрос: Так почему разбитое корыто Еще имеет у народа спрос?! Одиночество
Мы всюду одиноки, Но есть в душе причины, Чтоб отодвинуть сроки с рожденья до кончины. Чтоб попытаться снова, в толпе иль в одиночку, Найти свою основу. И тем поставить точку. Свой крест неся по жизни, с бедой вставая вровень, Служа чужой Отчизне с оружьем наготове, Ты вдруг, прервав скитанье, замрешь, держась за сердце: Никто в твое молчанье открыть не сможет дверцу. Покажется, что голос давно забытый слышишь И с каждою минутой он будет выше-выше… Тогда сознанье снова на краткий миг взметнется – Припомнишь детство, юность, что больше не вернется. Потом друзей и близких, ушедших и живущих…. В тиски зажато сердце. Но мыслить даже лучше. Острее ощущенья и четче видишь грани. Еще секунда, пленник, ты вновь свободен. С нами тебя уж нет. Сегодня Сбылось одно пророчество: Живем на свете вместе, Уходим – в одиночестве! Тебя зовут по имени, Но нет уже такого! Душа твоя отныне Сняла свои оковы.
Мы всюду одиноки, Я точно это знаю! Но расставанья сроки Не мы определяем. Из цикла “Грехи”
Пожар в душе, огонь в очах, И вирус зла в крови. Глядишь, бутон добра зачах, Умолкли соловьи. Потом – тревога, слезы, стыд. Обида невзначай. Затем – суровый гордый вид, И все – покой, прощай! А ночь – без сна, а день – с тоской. И – носовой платок. Уже бежит не кровь внутри – Высоковольтный ток.
«Буду стоять на своем как скала! Слово мое – твердыня, » - Это верх надо мною взяла Склочная дама – Гордыня. Так, слова повторяя за ней, Пью за чужое здравие: Лью бесконечно сладкий елей На мельницу тщетного славия.
Людской оправдывая род С его грехопадения, Я направляю снова в рот Источник наслаждения. И каюсь – ровно через час, Когда наемся всласть. - Мол, удержусь в другой я раз, Чтоб низко так не пасть…
Как много зависти хранится В сердцах посредственных людей! Двуличье в сердце, а на лицах Разлит улыбкою елей.
Они порой велеречиво И снисходительно о вас Расскажут – не совсем правдиво, - Но словно бы и без прикрас.
Они боятся, чтоб открыто Столкнулись мнения сторон. И потому на недомолвках Построен «правды» их закон.
Их очень много среди нас, Храни себя от черных глаз! Солнце, Некто и Первый
Первый был близок к Солнцу, Но не заметил это. Некто свечой доволен, Ею воспламенен. Выпито все до донца: Осень, весна и лето, Только зима сугробы Валит со всех сторон. Солнце светило даром, Ближнего ослепляло. Первый в лучах пригрелся, Глядя с раскрытым ртом, Как, упиваясь жаром, Солнце не замечало: Некто «собак спускает», Сам попивая ром. Некто мечтал о славе – Роль «на вторых» - претила. Только вторым быть Солнцу В небе не суждено. Сила горенья в сплаве С золотом воплотила Всю неземную сущность – Солнце всегда одно! Первый и Некто – в связке. Что ожидать от серости?! В жизни у них отрады Не было, нет иной. В этой неравной схватке Ложные клятвы верности Сыпались, словно мусор В первый сугроб зимой. Только побед не будет – Солнцу все это чуждо, Светит оно без права Первенства и межи. Может, прозреют люди? Снова наступит утро – Солнце сожжет отраву Из бесполезной лжи.
Монолог погибшего автогонщика Я – победитель в автогонке И лью шампанское рекой. Стоят соперники в сторонке, Потупив взгляд сегодня свой. Я – на коне, а конь – машина – Он никогда не подведет. И, снова выпуская джинна, Стрелою огненной – вперед! Что мне семья, друзья и мама, Зовет победа и успех! Перед глазами панорама, И снова я – быстрее всех. А мой напарник по победам Кивает в такт моим словам. Бросаем с ним мы вызов бедам, И ударяем по «газам». Но в этот раз все шло иначе, Предчувствия не подвели. Машина – конь так лихо скачет, Чуть отрываясь от земли. Заносит нас, столбы мелькают, Не удержать на вираже… И не заметили мы края, А жизнь окончена уже.
И мы летим в небесной дали, А интереса больше нет: Кто там теперь – на пьедестале? Кому достался блеск побед? Я – победитель в автогонке, И если б мог, сказал сейчас: Ребята, нити жизни тонки, А мы живем всего лишь раз! Эмигранту
Самолет поднялся – опустился, Поменялся город и страна. В ритме будней друг мой очутился И в работе, главное - она. За туманом – дальним перелетом – Не поймаешь будущего нить, Где-то там уходишь ты в работу – Надо ж, в общем, как-нибудь да жить... Что грустить? Не лучше ль взять гитару И отдать струне воспоминанье, Вы с гитарой – выгодная пара, Так споем же, друг мой, на прощанье! Самолет растаял в облаках, И расстались старые друзья, А без груза прошлого в мечтах Быть счастливым в будущем нельзя? Я ответ искала – перестала. Для кого-то главное – работа. Неужели свергли с пьедестала Человека – просто Патриота?! В сердце скорбь за друга и Россию. Поменялся наш приоритет! Видно снова нужно ждать Мессию! А пока мы с болью tet-a-tet. Очень тошно на душе и горько: Нас учили Родину любить, Почему же прежний город Горький На Чикаго хочешь ты сменить?!
Почему-то пред заморским сэром Мы готовы головы склонять, И сегодня безо всякой меры Кормим разных иностранцев рать. Как сороки все по блеску ценим, - То, что рядом нынче не блестит! – Сэр любой для нас почти что гений. У него отменный аппетит! Он на завтрак скушает спокойно Наш недельный областной бюджет, За обедом, сам собой довольный, Повторяет утренний сюжет. А кругом наивные Иваны Только хвалят этот аппетит. Им самим-то он не по карману, Пусть же ест заморский троглодит! Ах, Россия, родина блаженных! Мне пока не удалось понять, Отчего не стыдно совершенно Всем прохвостам стол свой накрывать?!
Открывая календарь, Люди думают как встарь: Раз под елкой собрались, Наливай и веселись! В феврале забот по горло – Начинаем лето ждать. Чтобы горло не замерзло, Надо чаще полоскать. К марту все уже согреты, Чтоб с восьмого пост начать. И шампанское к конфетам Дамам станут приобщать. Весь апрель постились где-то. Только раз моя страна За Гагарина с ракетой Выпьет красного вина. Ну а в мае разговелись – За Победу и за труд Так трудились, так радели, Что казалось – все помрут! Но в июне отпустило. Лишь для Пушкина пришлось Разливать. Душа завыла, Но, однако ж, все пилось. А июль – святое дело – Провожались в отпуска. Хоть душа уже горела, Но не дрогнула рука! Август быстро пролетает, Отпуск – веселись и ешь. На работе залатаем Мы застолий общих брешь. За детей, за пользу знанья В сентябре поднимем тост. Процветай, образованье! Выпьем вместе… и по врозь. Урожай сегодня чудный! В октябре мы за него Путь прошли наш многотрудный. И вкусили «кой-чаво». На дворе ноябрь. Тоскливо. И под стрехой воробей. Так поднимем молчаливо Для «согреву» поскорей. Все. Отмучались. Проводим Старый год без лишних слов. У кого здесь в рюмке пусто? Кто налить ему готов?! Дилемма
В сравненье познаю друзей: Сегодня перешел дорогу Тот, что вчера был очень мил, Да там, где мне еще немного – И ухвачу свою мечту! Другой с врагом спешит на ужин. С моим врагом! И не сконфужен, Когда их застаю вдвоем. И мир не стал для них черней… В сравненье познаю друзей. В сравненье познаю врагов: Одни вонзить в меня готов Словесных игл бессчетный ряд; Другой готовит мне замену Среди чреды своих друзей, - Пусть не достойней, не умней, - Зато поддержка будет рядом – Своя рука дороже клада! Своих ведь держат без оков… В сравненье познаю врагов. Так кто дороже мне и ближе – Друг, что предав, прощенья просит Иль враг, который ненавидит, При случае всегда обидит – Что ожидать мне от врага?! Судьба же друга дорога, Я мучаюсь, и совесть гложет – А кто же другу-то поможет, Неужто откажу в нужде? И снова – предан и унижен! Так учат дураков! И вот уж без обиняков Сегодня я даю совет – Найдите для себя ответ – Так кто дороже вам и ближе? Сонет идеалиста
Легко мне совершить ошибку, Когда с открытою душой Я поддаюсь твоей улыбке, Надолго потеряв покой.
Вот кто-то заиграл на скрипке – Иль это просто голос твой? Иду по жизни, как по нитке, Что тянется вслед за тобой.
Но нить тонка, несовершенна, Ее любой порвать бы мог. И я не знаю совершенно, Каков у нити жизни срок.
Не понимай меня буквально – Все, что я вижу – идеально.
Это счастье – просто топать дальше По земле, усыпанной цветами! И не слышать лицемерной фальши, Что всегда есть в городе меж нами. Это поле и босые ноги, Это небо с запахом полыни Как лекарство от тоски-тревоги, От моей чудовищной гордыни. Мне частенько хочется в деревню, Чтоб сидеть с рассветом на крылечке. И в убогой деревянной церкви За народ поставить Богу свечку.
Убить любовь и все забыть, И разом память вырвать с болью? Но как по-прежнему мне жить, Чтоб этой жизнью быть довольной! Не трудно сделать гордый вид, Не сложно подыграть прохожим… Но если сердце замолчит, Любить оно уже не сможет.
Цветы на могиле черные, Даже если других цветов. Скажи, к приходу смерти Кто бывает готов? Может, мудрец китайский Или седой старик? Кто же, скажи мне, к смерти, Словно к любви привык!
Не счесть преград пути земному – Их перечислить не берусь. Хочу взглянуть я по-иному На место, что зовется Русь. Оно предписано звездою Тому, кто должен Путь пройти. Всегда отмечено грозою И тьмой препятствий на Пути. Чрез все века и годы злые Лежит наш путь во тьму времен. Пусть сдались крепости иные, Но Русь – не взятый бастион! Не знаю – плохо, хорошо ли, Но счастлив, кто поймет ее: Ведь на Руси среди застолий Определяют бытие. И как нам знать, простым славянам, О том помыслить не боюсь, Что не понять за океаном Про нашу горемыку Русь?! К чему загадочнее Сфинкса Изображают нас всегда? Да, мы, возможно, и другие И есть загадка на года: Доколь себя не помнить будем, Уроки жизни забывать? Ах, Русь, тебе эти науки Почаще нужно вспоминать, Чтоб не пришли враги такие, Как немощь, глупость и позор. Они в истории России Плели обманом свой узор. А мы им верили – слепые – От сотворенья до конца. О, Русь, придут ли дни такие, Когда не спрячешь ты лица! Считалка
- Раз, два, три, четыре, пять, Выходи со мной играть! - Дождик льет и в целом мире Безопаснее в квартире. - Дождь польет цветы, кусты Хочешь вырасти и ты? Выходи со мной играть, Будет дождь нас поливать. - Я хотел бы быть большим…, Но лучше буду я сухим!
Сиреневый мячик мне бросил малыш. - Сыграем с тобою, чего ты стоишь! Я буду командой, а ты – вратарем – И после игры вместе все уберем. - Согласна, - сказала тогда. Сгоряча! И два пропустила в ворота мяча. Осколки стекла убираем вдвоем. Ах, как же мы весело, дружно живем! Легенда
- Скажи, мудрец, какие звезды достойны взора моего?- Мудрец царю ответил: «Поздно»- и не добавил ничего. Царь был богат – потомок Креза, Все звезды в мире мог скупить. Наверное, мудрец-философ Задумал над царем шутить! И царь велел прогнать безумца. Но, не найдя в себе ответ, Своих ученых и придворных На тайный он созвал совет. И бились долго над разгадкой Непостижимой высоты. А был ответ предельно кратким: Какой звезды достоин ты?
На балконе кто-то есть! Там висит рыбешка. Хочет, видно, рыбку съесть Наша злая кошка. Кошке рыбку не дадим – Мы ее обманем: Сами быстренько съедим… И расскажем маме.
| Родился: | 01.01.1967 (59) |
| Фотографии | 5 |
| Стихи | 2 |
| Обсуждение | 3 |
